Не спеша, то и дело останавливаясь и прислушиваясь, он приступил к подъёму. Вскоре оказался на третьем этаже замка. Не останавливаясь, продолжил это «восхождение», следуя за отпечатками.
На третьем уровне основной корпус здания заканчивался. Дальше располагались вырастающие из него башни. Насколько Игнат понимал, эта лестница относилась к центральной, самой высокой из них. Разумеется, таинственный след, за которым шёл мужчина, вёл именно туда, не сворачивая.
«Что бы за существо это ни было, — подумал Кедров, в очередной раз смотря на отпечаток когтистой стопы. — Оно, не сворачивая, целенаправленно двигалось к своей цели, будто знало, зачем шло».
Разумеется, это лишь подстёгивало интерес. Сноходец продолжил подъём. Башня так же была поделена на этажи. Миновав четвёртый, он начал подниматься к пятому, когда звук, доносящийся сверху, заставил его резко остановиться.
Обратившийся в слух Игнат уловил какое-то рычание и треск. Стараясь производить как можно меньше шума, мужчина продолжил движение. Вскоре он обрёл уверенность, что звук идёт из помещений пятого этажа. Их источник явно чем-то был увлечён.
Подойдя в высокой, сделанной специально под аборигенов дверной арке, Кедров осторожно выглянул из окна. Помещение ничем особенно не привлекало внимания, в отличие от его обитателя. Глаза мужчины расширились в удивлении — он увидел старого знакомого.
Это был тот самый чешуйчатый монстр, которого сноходец тогда спутал со статуей в главном зале. Урод занимался кормёжкой, с деловитым рычанием отрывая куски от дичи, в качестве которой выступал мёртвый гвардеец замка. Пока существо питалось, Игнат наконец получил возможность применить идентификацию.