Глава 1

Глава 1

— Габриэль! — гневный крик Зены рассек сонный воздух узкой и грязной улочки, по обеим сторонам которой тянулись корявые деревца да косые домишки. Замерли прохожие и торговцы. Ох, как же их много — Афины разрослись за последний год! Габриэль застыла на самой середине пыльной широкой площади. Готовая к худшему, резко обернулась на крик, приняв оборонительную позу. Но напряжение сменилось недоумением — опасности неоткуда взяться, все скучно, вяло, грязно. Теперь Габриэль смотрела на Зену так словно впервые ее видела. Зена подняла глаза к небесам, пытаясь подавить раздражение, но не особенно в этом преуспела.

— Габриэль, мы заблудились, — голос воительницы был ледяным.

Габриэль расхохоталась так, что ее светлые волосы, Заплетенные в тугую косу, рассыпались по плечам. Девушка нетерпеливо откинула их назад. А ведь коса так подходила к ее наряду амазонки! Надо сказать, что смех ее звучал напряженно, а взгляд не был лучезарным:

— Вовсе мы не заблудились! Я… Послушай, Афины с трех сторон окружены морем, разве можно тут сбиться с пути? — она взмахнула посохом, указывая на жидкие деревца вдоль дороги. — Посмотри на тени! У же вечереет, мы опоздаем… мы пропустим… — не в силах высказать ужасную мысль вслух, Габриэль нетерпеливо тряхнула головой и снова устремилась вниз по улице.

Зена выругалась сквозь плотно сжатые зубы:

— Нас и море разделяют лиги холмистой земли, утыканной домами, — она была вне себя: разве можно рассуждать подобным образом! Воительница приподнялась в седле и осмотрелась: пекарня, гончарная. Вдалеке дремлет торговец с охапками засушенных трав, связанных в маленькие, причудливые и, несомненно, очень дорогие пучки. Перед столиком, тесно заставленным букетами сухоцветов, скучают две девочки с венками в волосах. С тех пор как Зена побывала тут в последний раз, выросли три новых дома: один из них украшен изумительным портиком и фонтаном у входа.

Хозяин явно кичится своим богатством и не может придумать ничего лучше, чем тратить его на ненужную роскошь и выставлять ее напоказ.

— Хорошо, что мы оставили старину Лемноса на Итаке, — пробормотала Зена себе под нос, и уголки ее губ тронула усмешка. Помешанный на равенстве повар порядком бы расстроился, увидев, какая пропасть разделяет в Афинах богачей и нищих.

— О, боги, — промелькнуло в голове воительницы, когда она взглянула на старую конюшню, жизнь в которой едва теплилась. Конюшня выделялась своей упущенностью даже на этой бедной улице. Должно быть, заведение считалось неплохим, когда эта часть Афин только застраивалась, но годы превратили его в жалкую развалюху. Два сарая, соединенные грязным переходом с прохудившейся крышей, к которым подступает растущий богатый квартал. Конюшне остался год жизни, от силы — два. Трудно представить, что торговцу травами или владельцу чудного фонтана понравится во время вечернего отдыха за чашей благородного вина вдыхать аромат лошадиного стойла.