— В чем? — затупил я.

— В том, что не стал уверять, что любишь больше жизни и уже точно — больше других. Я бы тогда подумала, что ты обманываешь. Потому что венец-то только в моих руках работает.

Об этом я, если честно, и вовсе не подумал. Что подумал — то и сказал.

— Вот за честность твою, Викешенька, и благодарю.

С этими словами Настя развернулась и впилась в мои губы поцелуем.

Почему МЕНЯ все время целуют?! Это я здесь мужчина и это Я целовать должен! С этими мыслями, я взял инициативу в свои руки… или в свои губы, как правильнее? А, пофиг!

Естественно, проход стражи мы пропустили. Дита с нами не пошла, потому что она, видите ли, плохо ориентируется в темноте. Бесовка-то! Подозреваю, она просто заленилась. Или сейчас смотрит на нас из-за кустов и ржет. Ой, достанется ей тело — отомщу. Сразу отомщу. Страшно отомщу.

Ммм, Настя…

* * *

Вот часовой, мелькающий в бойницах галереи, скрылся за углом стены…

— Вперед!

Мы побежали, пригибаясь, вверх по холму. Я отсчитывал секунды. Десять… Одиннадцать… Двенадцать…

— Ложись!

Мы упали на траву. Мокрую и холодную, надо сказать. В общем, совершенно при других обстоятельствах я бы хотел поваляться на траве с девушкой. Уж точно — не отсчитывая секунды.

Одиннадцать… Двенадцать…

— Вперед!

Вот мы и под стеной. Сели, прислонившись спинами к бревнам, тяжело дыша. Отсюда нас не заметят, стена закрывает. Будем надеяться, что дальности венца хватит…

По первоначальному плану мы должны были перебраться через этот забор и добежать до главной стены. От нее до дома расстояния точно хватило бы. Но потом я вспомнил, где видел вот такую конструкцию: главная, большая стена, а вокруг нее — небольшая. Все-таки уроки в школе нужно учить. И, хотя по истории у меня была четверка, но я вспомнил картинку из учебника: то ли римское укрепление, то ли еще какое — бревенчатая стена с башнями, а перед ней — поле, усеянное замаскированными волчьими ямами, с кольями на дне. А перед этим полем — как раз небольшой забор. Просто для того, чтобы кто-то случайно в яму не ввалился.