– Да, это Ханука, праздник света, примерно когда у вас Рождество. На Хануку детям дают мед, – отвечает Альберт Биттолн.

– Еще нам положено съесть вареное яйцо в память разрушения храма Соломона, – вспоминает Менелик. – Кстати, мы здесь именно из-за храма.

Менелик жестом просит своего французского друга объяснить, что к чему.

– У нас возникли кое-какие проблемы в Иерусалиме после попытки «диких» раскопок, – сознается Александр.

– Так это вы забрались под котель? – удивляется Альберт Биттон. – Я слышал об этом в выпуске новостей.

– Мы не смогли остаться в шаге от ответа на наши вопросы, не попытавшись его получить, – оправдывается Александр.

– Как это ни трудно, мы не собираемся опускать руки, – вставляет Рене. – Наоборот!

– Значит, вы и здесь, в Акко, намерены наделать глупостей?

Французам обидно это слышать.

– Я пошутил, – отступает Александр.

Некоторое время все молчат. Наконец Менелик возобновляет разговор:

– Альберт уже на пенсии. Он привез в Израиль свою дочь Ванессу, сделавшую алию – репатриацию в Израиль.

– Семья – это очень важно, – подтверждает Альберт. – Мне хотелось увидеться с внуками. Теперь мы живем здесь все вместе.

– Альберт помогает археологам: он работает на раскопках в цитадели тамплиеров в Акко, – объясняет Менелик и обращается к Альберту: – Когда мы сможем туда отправиться? Моим друзьям интересно, возникнет ли у них и здесь чувство дежавю.

– Под конец дня. Из-за жары сиеста здесь – это святое.

– В этот раз я не с вами, – предупреждает Менелик.

В кибуце есть гостиница, трое французов поселяются там в соседних номерах. Менелика приглашает к себе его друг Альберт.

Французы заносят в комнаты свои вещи и отдыхают в ожидании экспедиции в Акко.

Стоя перед зеркалом в ванной, Рене слышит стук в дверь. Он открывает и видит Мелиссу.

– Я хотела попросить прощения за прошлую ночь, – говорит она. – Сама не знаю, что на меня нашло.