Меж тем кавалькада наша миновала мост и устремилась вниз по дороге в долину к деревне. Утро разгоралось вовсю, и солнце уже ощутимо грело, а над тренировочным лужком, который мы как раз пересекли, уже заводили кузнечики свою трель.

Громада Цитадели за спиной, на которую я обернулся, теперь, спустя месяц, ни мрачной, ни пугающей мне не казалась. Конечно, домом она тоже пока не воспринималась, но вот местом, к которому я испытывал некоторую привязанность, уже ощущалась.

По деревне двигались шагом, поскольку свиньи, собаки и дети, в отличие от взрослого населения, гнувшего спину при нашем приближении, какого-то пиетета к проезжающим господам не испытывали и убираться из-под копыт наших лошадей особо не спешили.

Где-то посередине длинной улицы в ряду домов обнаружился храм. Маленький, беленький и с крытой дранкой конической крышей — игрушечный какой-то с виду весь. Хотя в остальном строение вполне отвечало моему определению «готичненько». Стрельчатые окна и двери в тяжелых порталах, наборные стекла с цветными витражами в рамах, и даже поддерживающие контрфорсы имелись, хотя при такой высоте, по моему пониманию, они были совершенно не нужны.

При нашем приближении из храма вышел… гхм, служитель, скажем так, и я понял, что о конкретном процессе поклонения богам в местном обществе как-то ничего и не знаю.

А все принялись спускаться с лошадей. Ну, и я за ними. Вперед вышли гном с эльфом и служитель, что-то бормоча, принялся, похоже, нас благословлять на дальнюю дорожку.

Сначала Сопровождающих, а потом и нас, рекрутов, стоящих второй линией, он обнес огнем в чаше на цепочках, приложил по лбу каждого камушком… аккуратненько… обрызгал водой с ветки, а потом обмахал сухой.

Эльф с гномом, после того, как действо совершили над ними, сначала коснулись пальцами груди, потом губ и слаженный жест прижатием руки ко лбу завершили. Когда служитель и мальчишка, что таскал за ним ведро с водой, прошли нам за спину, чтобы заняться остальными, я потихоньку, почти не размыкая губ, спросил у Криса:

— Что это обозначает?

Тот не подвел, и ему было, что ответить:

— Что-то вроде: биение сердца моего, дыхание мое и помыслы во славу Твою… а там-то, дальше, перед чьим уж храмом стоишь. Здесь, конкретно, подозреваю, что всем трем божествам одновременно кланяются. Хоть и маленький храм, да один он в деревне.

К этому моменту служитель завершил все дела у нас за спиной и порулил опять к ступеням крыльца. Там застыл с воздетой рукой, мы ему поклонились, и на этом стало понятно, что ритуал завершен.

Мы взобрались на лошадей и отбыли по направлению на выезд из деревни. Ехали, как и прежде, аккуратно, старательно объезжая разлегшихся свинок и не дразня собак, так что поговорить нормально не выходило.