— Так, порассуждаешь об этом потом! — выдернул я приятеля из его ботанской задумчивости, в которую он начал впадать. — Что там по наручникам? Чем Руди сможет нам помочь?

Крис встрепенулся и виновато на меня посмотрел:

— Тебе придется потерпеть…

— А поточней…

— Помнишь, накануне отъезда из замка, когда у меня еще оборудование не отобрали, я замерял температуру дыхания Руди и твои фаты?

— Ну, помню, и что?

— Думаю, что хоть Руди огонь пока и не выдает, но его дых достаточно горячий, чтобы камень на браслете раскалить. А твои фаты, если учесть активное участие в турнире, еще больше приблизились к десятке и теперь, как раз почти равны сдерживающей силе наручников…

— Короче, он должен дыхнуть, а я напрячь дар изнутри?

— Угу…

— Одну руку жечь будем, или обе надо?

— На одной, наверное, будет достаточно целостность структуры нарушить… вытерпишь?

— Не попробуем — не узнаем, — хмыкнул я, собираясь с духом. — Ну, что Руди, начнем? — и подставил ему браслет на левом запястье.

Дракон, который уже успел проявиться кошаком, жалобно и совсем не по-кошачьи урурукнул, потом изготовился и дыхнул.

Из глаз от боли брызнули искры, так что рычание сквозь стиснутые зубы вырвалось все равно.

— Тише ты, тише! — прошипел Крис. — Потерпи, пожалуйста!

Ага, тише… я подгреб оборванный рукав и, не обращая внимания, что валялся он на грязном полу, скомкал и засунул себе в рот.

В следующий драконий дых рычанье преобразилось в мычание и прозвучало глуше, но металл браслета раскалился настолько, что из глаз не искры летели, а казалось, они сами из орбит выскакивают. Стало понятно, что если в следующий раз мне сосредоточится, и подпихнуть дар не удастся, то потом могу и вовсе вырубиться.

Приготовился основательно — зажмурился, уперся затылком в стену и вцепился не участвующей в экзекуции рукой в штанину. И, когда снова кивнул дракончику, давая знать, что готов, то постарался сразу «достать» едва тлеющий источник, не дожидаясь разгона всех соответствующих нагреву металла эффектов. Магия внутри меня отозвалась, и вяло устремилась к рукам. Я поднажал, чувствуя, что браслет раскалился чуть не до красна, а разум мой от боли уже еле подчиняется.

И в последний момент, перед тем, как отключиться, услышал все же треск надкалывающего камня!

В себя, похоже, опять пришел быстро, потому как по стене, на которую опирался, не сполз пока. Но Руди взгромоздиться на меня успел и теперь наяривал «поцелуями» по моей судорожно выгнутой шее. И шершавость его горячего языка я ощущал вполне четко, что говорило о том, что боль в руке уже спадает.