Вид из мастерской на город открывался просто фантастический — широкое поле изломанных крыш, а дальше — город, весь, как на ладони. Вдали торчала верхушка Эйфелевой башни, по вечерам она выпускала лучи из шпиля, шарила, как пришелец лучами по небу и каждый час сверкала, словно новогодняя елка. Так что, спасибо Илье и, конечно, Саше.

Она пришла только под вечер. Полдня я метался по комнате, пытаясь навести подобие уюта. Но переставлять стулья с места на место скоро надоело, я включил дополнительный свет в мастерской, достал мольберт, выдавил краски и стал набрасывать пейзаж. Сюжет, как готовый, стоял перед глазами. Да, это будет водная стихия и женская фигура на фоне высоких морских волн. Девушка стоит спиной к зрителю, руки откинуты назад и вверх и, кажется, это и не руки вовсе, а крылья. Вот-вот приподнимется на носочки, взмахнет руками-крыльями, и полетит над морем. Я увлекся работой, поэтому не сразу услышал звонок.

— Я уж думала, что тебя нет дома. Звоню, звоню…

Саша тяжело дышала. После остановки лифта на шестом этаже еще три этажа нужно было подниматься пешком по винтовой лестнице. Она размотала длинный шарф, расстегнула пальто и, оглядываясь по сторонам, прошла в комнату. Оценив спартанскую обстановку моего жилища, хмыкнула, прошла в мастерскую.

— Классная мастерская. Мне нравится. Днем, наверное, очень светло, столько окон. Один недостаток — лифт до тебя не доходит, но это можно пережить, а, чтобы тяжести самому не таскать, продукты можешь заказывать с доставкой. Хорошо здесь, мне нравится, — еще раз повторила Александра, кружась по комнате. — Вот обживешься, имуществом обрастёшь, уютно будет.

— Хочешь выпить?

Днем я выбежал в магазин и теперь мой маленький холодильник был забит провизией. Бокалы и фрукты я заранее выставил на стол. Александра кивнула. В этот момент вспыхнула Эйфелева башня, мы оба повернулись к окну.

— Знаешь, ради такого вида можно и с лестницей твоей дурацкой смириться. Показывай, что ты там наработал.

Ну, вот, я был уверен, что только это и есть цель ее визита — проверить много ли я наработал. Что ж, правильно, она — куратор выставки. Я стал выставлять то, что нарисовал, а Алекс продолжала смотреть на вечерний город. Лицо девушки отражался в стекле. Она стояла, уперевшись руками в подоконник, лбом почти прислонившись к стеклу, и я видел в темном стекле ее лицо, устремленное в сторону вечернего города. Нужно запомнить, может получиться картина.

— Да ты не беспокойся, Саш, я быстро работаю. Нужно только, чтобы ты кое-что уточнила. Например, количество картин, тематика, хоть приблизительно, размеры и окончательные сроки, конечно. Я постараюсь успеть, нет, я точно успею.