— Иди к черту, — прошептал я, вбивая кулак в костяную пластину и с удовлетворением наблюдая, как с крыши шатра срывается размытая тень и коршуном падает на некроманта.

Кранк!

Вжух!

Треск раскалывающегося черепа дракона и свист изумрудно-зеленого клинка, сносящего голову некроманту, слились в один звук, а я увидел, как некро-нить вспухает, и дух Зарыша несется в дракона.

Некроманты — очень продуманный народ. Для них смерть — не конец, и, благодаря Денебери, я хорошенько усвоил этот урок, и поэтому был готов к чему-то подобному.

Правда, мне и в голову не могло прийти, что Зарыш отправит свое сознание в дракона, тем самым фактически став драконоличом.

Я, признаться, думал, что он воспользуется телом Гортана, но хозяин — барин.

Вот только я не собирался давать Зарышу такой возможности.

Вырвав кинжал фон Лютика, я с силой оттолкнулся от рассыпающегося под ногами черепа дракона и прыгнул к нити.

Даже не к нити, а к настоящей пуповине, по которой летел дух некроманта.

Вжик!

Лезвие кинжала перерубило пуповину словно нить, а рукоять мгновенно потеплела.

Да какой там потеплела — руку обожгло словно огнем!

Земля стремительно приближалась, а за спиной слышался треск рассыпающегося прахом дракона.

В голове били набаты, меня переполняла пьянящая сила, и в то же время глубоко внутри поселилось сосущее чувство пустоты.

Артефакт фон Аэра похолодел, сигнализируя о том, что силы в нем осталось совсем немного, и я, чуть подкорректировав падение, спланировал точно к вампиру.

— Молодец! — прохрипел фон Лютик, зажимая рассеченный живот. — Горжусь!

— Это вы молодец, — не согласился я, чувствуя необъяснимое чувство родства и… тепла. — Долго пришлось сидеть в засаде.

— Старый хрыч чуял опасность, — усмехнулся фон Лютик. — А сам я зайти в шатер не могу.