Пока другие адепты переваривали услышанное, я тихонько захихикала, закусив губу и насмешливо глядя на Калипсо. Он посматривал на отца с выражением «ты не заболел, часом?!», но помалкивал, боясь спугнуть внезапно свалившееся на него счастье.

Да, именно счастье — я прекрасно видела и чувствовала, что Калипсо сейчас счастлив. Что он находится в своей стихии, что он отлично разбирается в обозначенной теме, и что он действительно умеет понятно и грамотно доносить до других нужную информацию. Он разве что не порхал от счастья, как какая-нибудь бабочка, расправляющая свои крылья. Глаза его горели фанатичным огнем, и я невольно залюбовалась Калипсо, когда он воодушевленно рассказывал о нюансах действия теневых защитных барьеров и их принципиальных отличий от всех остальных защитных куполов.

Моя дурная улыбка по уши влюбленной девушки, конечно, не ускользнула от внимания сидящего рядом Ильфорте.

— Лора, не отвлекайся, — одернул он меня, возвращая на землю. — Потом будешь своим куратором любоваться, за пределами этой аудитории.

— Кхм, простите, Наставник, — стушевалась я, возвращаясь к конспекту и пряча смущенную улыбку за длинными волосами. — Но я же не виновата в том, что у вас с миссис Брандт такой слюнопускательный сын получился!

Ильфорте прыснул от смеха, не сдержав широкую улыбку.

— Так ко мне еще не подлизывались, — весело отозвался он.

— Тишина в аудитории! — не оборачиваясь, произнес Калипсо, продолжающий чертить рунические схемы на доске.

— Простите, профессор, я больше так не буду! — тоненьким издевательским голосочком произнес Ильфорте, вызвав взрыв хохота в аудитории.

Глава 27. О тренировках и ожидании

Глава 27. О тренировках и ожидании

На следующий день Наставник действительно созвал тот же полный боевой состав фортеминов на практическое занятие, в ходе которого Калипсо быстро отобрал около тридцати солдат равновесия, в ком, по его мнению, можно было разбудить темную сторону через теневой аспект и определенные тренировки и ритуалы.

Среди них, кстати, были братья ди Верн-Родингеры, Грей, Патрисия с Полли и, к моему удивлению, — Миа. Да, наша пятая группа как на подбор оказалась кладезем магов со спящей склонностью к теневой магией. Ну, за исключением Иранора и Кеса, весьма недовольного этим фактом.

Кто-то может сказать, что тридцать человек из пары сотен магов — это ничтожно мало, и вообще — ни о чем. Но на самом деле это было даже много, ведь надо учитывать, что каждый опытный фортемин способен заменить собой по силе десяток, а то и несколько десятков инквизиторов. Или даже сотен — если речь идет о десяти самых сильных Арма. А если вот таких вот сильных магов еще и снабдить дополнительными теневыми умениями?.. Пожалуй, такой отряд смог бы что-то противопоставить Эффу и его приспешникам.