Вот только просчёт со взятой себе фамилией Абэ, а также наша с Акаме похожесть на представительниц угасшего рода вносили в планы неприятную частичку хаоса.

Думаю, если бы не слухи, раздуваемые с подачи Сайкю (моя «шпионская сеть» из говорливых слуг и одного гвардейского офицера, может, и не блещет, но главшпик и сам давал намёки — чего стоит подаренная им книга?) и некоторых других, то командующий общался бы в несколько иной, более для меня удобной манере.

Да с чего он вообще решил, что я пойму эти его иносказания и игры интонацией? Или это такая проверка? Тогда какой ответ правильный?

Хм… глупо хлопать глазами — точно плохой вариант. Всё же я выстраиваю образ человека, который пользуется головой не только для того чтобы в неё есть, а не тупого исполнителя. Но и категоричный отказ, как и явная заинтересованность, ничуть не лучше. Резко отклонить предложение — означает потерять несколько пунктов расположения генералиссимуса, а после вероятной трагической гибели Сайкю оно мне понадобится. С другой стороны, радостный прыжок навстречу будет воспринят с подозрением (кто со счастливой улыбкой бросится в омут возможного заговора? правильно: шпион!) или с неприязнью. Будо ценит верность слову и убеждениям, а к приспособленцам относится с прохладцей.

Ответим уклончиво. И доложим о странных намёках Сайкю: сомневаюсь, что командующий согласится выступить провокатором, чтобы глава Службы разведки смог проверить свою подчинённую, но мало ли? Да и если утаивать от начальства такие вещи, то они легко могут стать крючком.

— Защищать Империю от внешних и внутренних врагов — мой долг, — говорю после размышлений, втиснутых в краткий миг объективного времени. — Если моей стране грозит опасность, то я сделаю всё, чтобы она устояла и пришла к процветанию!

— Похвально, — удовлетворённо кивнул Будо, коего, видимо, устроили мои слова о верности Империи без упоминания её конкретных представителей.

Не знаю, что командующий хотел сказать дальше и хотел ли вообще, но его прервала фигурка бегущего по полигону адъютанта.

Удивительное зрелище на самом деле. Сей напыщенный тип, как мне раньше казалось, умел только чи-инно вышагивать (и бросать презрительные взгляды на всяких мелких выскочек, это самое главное, да) — ан ведь нет, гляди ты: бежит не хуже прочих!

Как оказалось, наш полигон решил почтить своим визитом сам Император.

* * *

Проявившего любопытство Его Величество притормозили перед входом на полигон, аргументируя это тем, что рискованно приближаться к месту, где проходит пусть и дружеский, но поединок между высокоранговыми одарёнными. Император выразил недовольство, но согласился немного подождать: ведь даже один случайный камешек, разогнанный до сотен метров в секунду, не менее опасен, чем ружейная пуля. Однако, когда адъютант доложил генералиссимусу по форме, рядом с лестницей спуска уже нарисовалась толпа мутных личностей, видимо, решивших, что раз офицер бесстрашно ринулся внутрь, то и им можно.