— Папа, кто это к нам пришёл? — встретил нас детский голос, едва мы миновали внушающие уважение своей толщиной (а также покрывающей их резьбой и инкрустацией) двойные, якобы деревянные двери, преграждающие вход в жилые покои хозяев дворца. — Уже всё? Можно выходить?

Недалеко от дверей стояла парочка темноволосых детей, которые, по-видимому, пытались подсмотреть и подслушать — что это такое интересное происходит снаружи. Бойкий по виду мальчик лет шести в белой рубашке и коротких штанишках сжимал в руке искусно вырезанный игрушечный меч, а выглядывающая из-за его плеча более рослая девочка в каком-то восточном платье, пусть и выглядела на восемь или даже девять, в отличие от брата, наоборот, робела.

— Кто вам позволил выходить из своей комнаты? — Вернулись! Живо! — припечатал их отец.

— Да ладно тебе, папаня! — вылез Кей. — Почти договорились ведь. А если бы и нет, то и прятаться бесполезно. Не беги от смерти, умрёшь уставшим, ха-ха. Да братишка? — сокомандник усмехнулся детям своей коронной улыбкой весёлого социопата.

— Да! Я не буду прятаться! — паренёк, не особо понимая, с кем и о чём разговаривает, воинственно взмахнул своим оружием.

— Красавчик! Прям как я в детстве, — подмигнул ему Кей. — А как зовут нашу милую сестричку? А есть ещё одна, постарше? Братик хочет крепко обнять всех-всех, но особенно, ха-ха, хочет сестричек!

— Идёмте, — поторапливаю аристократа, что со злостью и с заметной только через эмпатию капелькой беспокойства, вперился в непослушных детей и одного слишком нездорово радостного бастарда-убийцу. — С вашими детьми ничего не случится.

Пару секунд постояв, Хиро перевёл взгляд на гвардейца и, мотнув головой в сторону детей, скомандовал:

— Присмотри. Потом найдешь их нянек. Я хочу, чтобы завтра все ответственные были наказаны.

Когда мы вдвоём двинулись дальше, сзади донеслась реплика сокомандника:

— Хотите сыграть в одну занимательную игру? Называется — Рулетка смерт…. уморительного веселья, то есть, ха-ха. Круто, да?

Хорошо, что идущий впереди лорд Ван этого не услышал. И, надеюсь, Кей и в самом деле не учудит ничего из ряда вон. А то как-то слишком он разошёлся.

* * *

— И зачем мы идём в мою спальню? — раздражённо и с некоторой тревогой осведомился широко шагающий мужчина, следуя моему, достаточно стремительному темпу.

— Насколько я знаю, это у вас самая защищённая от чужих глаз и ушей комната.

— Будто нас кто-то подслушивал в гостиной, — проворчал мой спутник, который, судя по испытываемым эмоциям, начал обдумывать, как не вести меня в свою опочивальню.