Однако этого не произошло — спасибо Тайго и его прекрасной задумке по созданию комплекса зданий с живущими там специально обученными милашками.

Среди искренне любящих своё бытие гейш — ещё бы, в сравнении с девятью десятыми девушек Империи они живут в раю! — нашлась далеко не одна красавица с приятными глазу статями и подходящим характером. И, что важнее, девушки оказались искренне заинтересованы — в хорошем смысле, а не на предмет шпионажа или убийства — моей персоной, отчего эмпатия мне не мешала, а наоборот: помогала отогреться душой.

Короче говоря, запугивать старика страшными карами за «неправильный выбор» добрая я — не стала, всего лишь предложила честный временный контракт, который через месяц можно разорвать или продлить. Нечего уподобляться командирам Базы. Это ни к чему хорошему не приводит — доказано генералом Биллом, Маркусом и полковником «крикливый кусок тухлого сала» Клаусом.

Собственно, нормально договориться и, воспользовавшись временным контрактом, изучить потенциального подчинённого — это в первую очередь в моих интересах. Ведь, как ни крути, разумные немёртвые составляют большую часть ближнего круга одной доброй (на фоне подавляющего числа воителей и алхимиков нашего отнюдь не светлого мира — действительно доброй, без сарказма) волшебницы и по совместительству спасительницы Империи. Наплевать на проверки и включать в число приближённых потенциального саботажника — мягко говоря, не самый умный ход. А хватать часовую бомбу — каковой и является принужденный к сотрудничеству и отпущенный почти в свободное плавание воитель — чтобы силой затянуть себе под бок…

Даже не знаю, как такое назвать. Кретинизм?

Нет уж! Не надо нам такого под любым соусом! Я, конечно, не самый умный из людей — вон, как с Камуи прокололась, «сэкономив» шприцы с жизнью — но на своих ошибках стараюсь учиться. И мне уже хватило приключений с Дафом — тем южным разведчиком-саботажником; так что ещё раз повторять такое безобразие я не стремлюсь! Посему седой здоровяк, пусть и считает, что ему поверили на слово, периодически сканируется с помощью эмпатии.

Не захочет ли сей типус подбросить своей убийце подлянку, не склонен ли чудить, как его «внучек» Прапор, он же Мастер-ломастер, не решит ли сбежать, став псевдовампиром и обретя «свободу»? И так далее.

Что можно сказать о нашем взаимодействии? Горо уже успел оценить преимущества бытия альтернативно живым и, в целом, остался хоть и подозрителен, но доволен. На меня смотрел опять же с подозрением и лёгкой неприязнью (убила и выдернула из посмертия, да ещё и в монстрах копается — не поганая чернокнижница ли?), но без особой злобы. И по мере привыкания эти чувства выравнивались: несмотря на неразговорчивость и хмурую физиономию, через духовную связь ясно различался разгорающийся интерес к нашей небольшой экспедиции.