А что жар-птица делает?

- Жарит!!! – восторженно проорал Фокс, - Жарь ее, давай! Духовка на двести двадцать! Мы эту прожорливую тварь изнутри так запечем – родственники не опознают! Эх, яблок не захватили! Пусть знает, как светлых магов пожирать почем зря!

Воодушевление хранителя мигом перешло ко мне, перья ярко вспыхнули золотом и – о чудо! – давящее ощущение стало едва уловимо отступать, тиски разжимались. Вокруг даже немного прояснилась тьма – во всяком случае, на короткий миг мне, кажется, удалось различить какие-то неясные тени, мельтешащие снаружи. Уверенности не было, но надежда на скорое освобождение и помощь от друзей - придала сил.

В мгновение ока мозг сообразил – вот он, наш призрачный шанс на свободу и возможную еще победу!

Ни секунды не мешкая, единым огненно-световым штормом золотая птица выплеснула наружу весь оставшийся резерв. Всепоглощающая стена ревущего пламени бушевала довольно долго. Не имея выхода, энергия ярилась и все пуще злилась, жадно выжигая тьму.

- Сверхновую не зажгли, конечно, но файер-шоу качественно засветили, - осторожно высунув острый носишко наружу, прокомментировал пушок, - Ну, давай теперь вырваться попробуем – вон, в самом верху монстро-тварь практически прозрачной стала. Летим туда-а-а-а!

Он едва не навернулся, когда я стрелой взмыла вертикально вверх (вот до чего любопытство и вредная привычка повсюду нос совать доводят), благо, когтистая лапа ловко поймала возмущенно вопящее меховое тельце и осторожно сжала, страхуя на случай повторного падения.

Мы все-таки прорвались. Не скажу, что это было легко – отнюдь, но плотная оболочка ослабленной твари все-таки уступила бешеному напору сияющей огненной птицы. Ликующий вопль сорвался с губ - свобода!

Небо…

Бесконечное, бескрайнее, голубое. Такое прохладное и нежное одновременно.

- Ваааа… - впервые в жизни мой друг не смог найти подходящих слов. Я, впрочем, тоже.

Мы так и парили в вышине – молча созерцая и впитывая невероятную по силе своей красоту бескрайнего поля небес и облаков. Не замечая никого и ничего вокруг, набирая полную грудь студеного воздуха, пропахивая телами туманные шапки пушистых гигантов. Никогда мне еще не доводилось чувствовать себя настолько свободной и опустошенной, как в эту минуту перед  молчаливым величием лазоревой вечности...

Крылья неспешно и легко несли нас ввысь, становилось все холоднее. Это и привело меня в чувство.

А как же те, кто остался там, внизу? Ведь монстра мы только ослабили, но никак не уничтожили! Ёжики краснокожие, при всем могуществе расы крылатых, им и выставить против подобного порождения тьмы нечего. Так что, если не остановить угрозу сразу, оно быстро наберет прежнюю мощь и… Думать об этом "и", как-то не хотелось.