* * *

Адам вздрогнул от прикосновения и открыл глаза — над ним склонился человек в синей одежде. Это, определенно, был не Дотт. Огромные чёрные и бездонные беззрачковые глаза незнакомца казалось втягивали Адама в себя, намереваясь поглотить его всего и безвозвратно. Адаму показалось, что он оторвался от кресла и поплыл. Он тряхнул головой, сбрасывая с себя наваждение и так резко вскочил, что едва не врезался головой в лицо незнакомца, заставив того, со вспыхнувшим в глазах испугом, отшатнуться. Но высота зала управления тротта не позволила выпрямиться во весь рост и Адам ощутимо ударившись головой в потолок, опять оказался в кресле. В голове зашумело. Незнакомец тоже ударился в потолок головой, но его голова не отскочила от него, а будто прилипла и он застыл с какой-то маской растерянности на лице. Адам состроил гримасу беспокойства — определённо, это лицо он уже где-то видел. Он принялся лихорадочно перебирать образы людей с этой планеты и… Он наконец увидел образ человека в дешёвом ресторане около стойки в небольшом городе с островерхими крышами, где у него произошёл конфликт с барменами. Этот человек тогда быстро исчез, но его лицо Адам всё же запомнил.

Он повернул голову в сторону кресла на котором сидел Дотт — оно было пустым.

«Проклятье! Я себя крайне бездарно веду. Не зря Дотт так был пренебрежителен ко мне, — замелькали у Адама досадные мысли и он опять повернулся к незнакомцу. — Долго этот идиот будет так стоять? Однако он обладает каким-то парапсихическим чувством. Что он пытался внушить мне и как долго копался в информационном поле Энта? А если понял, что он уже совсем другой и носит в себе чужой разум? Нельзя его отпускать, пока не выясню, что он узнал».

— Кто ты? — Адам вопросительно кивнул головой.

Тёмные брови незнакомца дрогнули и выгнулись высокими дугами, маска растерянности на его лице сменилась маской, будто, неполноценного человека. Теперь Адам смог его рассмотреть в полной мере.

Незнакомец, видимо, уже был достаточно зрелого возраста, если можно было судить по тёмным полосам морщин у его глаз, веером расходившимся далеко назад, до самых волос. Хотя, если судить по волосам, тёмным, без единого светлого вкрапления, густым, коротким и зачесанным назад, то суждение о его возрасте могло быть и другим. Но всё же его лицо, узкое и сухощавое, легкого коричневого цвета, с плотно сжатыми, едва видимыми, бесцветными губами-ниточками, больше подходило человеку зрелого возраста, нежели молодому. Был он узкоплеч, одет в тёмно-синие брюки, изобилующие всевозможными карманами с яркими непонятными пиктограммами на них и более светлую куртку, застегнутую, совершенно, на все застежки, так что её воротник стоял торчком и плотно упирался ему в челюсти, будто поддерживая их и не давая ненароком отвалиться. Тонкий, прямой нос и маленький, немного выдвинутый вперёд подбородок, всё же указывали, что незнакомец в возрасте.