Похоже, сонзера сам не понял, что только что спас положение. Еще немного — и нежить решила бы разойтись по переулкам и подворотням, довольствуясь малым — убийством и поеданием мирных жителей. Но там мертвецы нашли бы разве что отряды городской стражи, которая без особых усилий перебила бы разобщенных порождений Тьмы.

Нет, вырваться из окружения можно только здесь, на центральной улице, сломив оборону армейцев. Время есть, подкрепление из казарм еще не прибыло. Сейчас северные районы рабочего квартала совершенно пусты — патрули стражи и дежурные подразделения армии, которые там были, уже стянулись к месту сражения. Это идеальный момент, чтобы добраться до исторического центра столицы.

Не до конца восстановленный строй людей опять смешался. Демоны все еще были зажаты в тиски, но солдаты уже не могли с той же методичностью убивать багровокожих порождений Тьмы, потому что отвлеклись на ужасных созданий, ворвавшихся в их ряды. Атланская армия не раз сталкивалась со свирепыми кочевниками у границ Пустошей, этот противник был хорошо знаком созданиям Света. Но нежить, которая должна до конца своего существования гнить в Могильнике, большинство солдат видели впервые. Кошмарный внешний вид иссохших и объятых тленом человеческих тел, двигающихся по извращенной воле чудовищного проклятия, вселял в сердца людей первобытный страх перед смертью. Ибо для них она выглядела именно так.

Диолай подвел Ахина к стоящему на одном колене Турогругу. Демон умирал.

— Одержимый, — он с трудом поднялся на ноги. — Дай моему народу будущее.

Не видя почти ничего из-за залившей глаза крови, Турогруг медленно повернулся на звуки боя. У него почти не осталось сил, он не чувствовал своего могучего тела, и лишь неукротимая воля поддерживала в нем остатки жизни. Вождь демонов стоял в конце пути. Но он не намерен дожидаться смерти. Он сам пойдет к ней!

— Братья! — взревел Турогруг, выдавливая последний воздух из широкой груди. — Умрем с честью! Умрем с победой! Умрем за наш род!

Одним безумным рывком сократив расстояние до противника, он с такой силой рубанул секирой по краю щита, что выбил его из руки человека, которая хрустнула сломанной костью. Второй удар демона разрубил солдату ключицу и вскрыл грудную клетку, прорвав кольчугу и смяв сталь нагрудника.

Турогруг неумолимо шел вперед, тяжело переставляя онемевшие ноги. Его левая рука безвольно болталась, легкие судорожно сокращались, выплескивая в горло кровь, сердце глухо билось через раз, намереваясь остановиться в следующий момент. Нет, в следующий. Нет, все же в следующий…