Вот только все это время мир гнил, тлел, мерз и разваливался на куски, и высвобождение сущности Света — даже если бы оно было возможным — его не спасло бы, ведь так баланс изначальных сил все равно не восстановится, а об ее уничтожении атланы не могли даже помыслить.

— Надо что-то делать, — растерянно пробормотал Ферот. — Что же делать?

Похоже, он забыл, что сдался. Забыл, что снаружи ждет вооруженная охрана. Забыл о суде, где уже никто не будет закрывать глаза на еретические взгляды и безумные поступки опального епископа. Забыл о том, что прямо сейчас ирреальный коридор медленно разрушает его разум, натянутый до предела меж сознанием и окружающей действительностью. Забыл обо всем, найдя новую цель.

— Если ты спрашиваешь меня, то мой ответ остается прежним, — Ахин сложил руки на груди. — Прости, больше ничем не могу тебе помочь.

— Но уничтожать сущность Света нельзя, — упрямо повторил Ферот. — Неужели ты этого не понимаешь?

— Я понимаю, что ее невозможно высвободить, и еще я понимаю, что ее существование порождает дисбаланс изначальных сил. Вывод о необходимом действии напрашивается сам собой.

— А если от этого станет только хуже?

— Хуже, чем неизбежная гибель всего сущего? Не думаю.

— Но ведь все эти процессы замедляются, так? Может, небольшой кусочек мира все же сохранится? Может, на нем еще будет теплиться жизнь?