Аколит повалился на пол. Магниты зависли у висков стоявшего рядом охранника, жужжа, как разозленные пчелы, а потом влетели ему в уши и звонко щелкнули, столкнувшись где-то в черепе.

– Королева-ведьма! – завопил арбалетчик сверху.

– Стреляйте!

Остальные магниты кучно вылетели из котомки Эшлин.

Джолан зажмурился, чтобы в глаза не попала кровь.

Магниты со свистом носились в воздухе, с хлюпаньем впивались в плоть, с хрустом ломали кости.

Наконец Джолан открыл глаза. Вокруг валялись трупы, на стенах алели кровавые пятна, а один из ослов от испуга наложил кучу дерьма.

Эшлин спрыгнула с телеги, подбежала к въездным воротам и, положив руку на механизм, управляющий движением створок, застопорила его с помощью своих колец.

– Распряги ослов, пусть убегают. Они свою работу сделали.

Они прошли через выездные ворота, а потом Эшлин застопорила их механизм.

– Этим охранников не остановишь, – вздохнул Джолан.

– А нам и не надо, – сказала Эшлин.

На другом конце моста никого не было, лишь вдали, в утреннем тумане, едва виднелась отъезжающая телега с каучуком.

Эшлин установила два магнита на дышло и с помощью двух вращающихся у локтя колец без особых усилий вывела телегу на мост.

Джолан посмотрел на неболёт, до которого оставалось около ста шагов.

– А вдруг они заметят, что телега катится сама по себе, без упряжки? – спросил он.

– Вряд ли, – ответила Эшлин. – Зато нам не придется придумывать объяснений, почему мы остановились.

Они медленно приближались к середине моста. Ступив в тень неболёта, Джолан невольно похолодел.

Как только Эшлин оказалась точно под летучим кораблем, то привела в действие кольца на пальцах. Из тележного колеса выскочила железная втулка, колесо отвалилось, телега с грохотом упала.