– Минутку, – мне удалось открыть глаза и сфокусировать размытую картинку. – Седа?

– Дя. – Малышка слезла с моей груди и стало ощутимо легче.

Лилиана! Я в панике огляделась. Труп обнаружился рядом – с кинжалом в груди.

Когда я успела-то? Рефлексы, видимо! Все-таки бывшая Горана…

– Тетя пахая!– как ни в чем ни бывало, девочка выдернула клинок и протянула мне.

– Вы не должны были этого видеть.

– Я скязала. – Седа показала на малышню, отвернувшуюся личиками к стене.

Горан, достойная смена подрастает! Мне не оставалось ничего другого, как рассмеяться, несмотря на весь ужас ситуации, и, опираясь на стены, встать.

– Пойдемте искать выход.

Усталость была неимоверной, будто раз десять сгоняла на Эверест и обратно без передышки, не при альпинистах будет сказано! Но улыбки малышей придавали сил и подталкивали вперед. Дома напьюсь крови моего ангела, после того, как он меня отругает и посадит на веки вечные под домашний арест – и пусть, лишь бы с ним рядом. Потом буду сутки спать. Нет, два дня минимум! А еще лучше – на месяц на остров, как грозился мой санклит!

Утопая в розовых мечтах, я довела детей до коридора. И тут все рухнуло. Жизнь равнодушно уничтожает все иллюзии – так же просто, как мы превращаем воздух в углекислый газ при дыхании, даже не замечая этого.

За прозрачной стеной, так обманчиво близко, стоял Горан, побледневший при виде меня, как тогда… Нет, не буду вспоминать! Шерхан что-то говорил ему, довольно улыбаясь.

– Не слушай его! – прошептала я. – Ты сам учил, не позволяй ему лить яд в свою душу!

Но Горан, не сводя с меня глаз, кивнул. Шерхан набрал код на панели. Стена поползла вверх. Мой ангел улыбнулся мне и развел руки в стороны. Хан достал кинжал и под мой истошный крик вонзил его в грудь Горана. Одновременно чьи-то руки обхватили меня сзади. Падая, мой санклит, с полными ужаса глазами, сделал шаг к стене.

Я разжала костлявые объятия и, извернувшись, обернулась. Лилиана, тварь недобитая! Надо было проверить! Клинок будто сам собой лег в ладонь, и через секунду седая мразь рухнула к моим ногам – мертвее не бывает. Но мне было не до нее.

Я бросилась к Горану, не обращая ни на что внимания, и на ходу убирая кинжал в ножны. Как только удалось перевернуть его на спину, пальцы легли на сонную артерию. Пульс есть! Я выдернула кинжал и положила в карман. Скоро он пригодится.

– Все хорошо, любимый, – зашептали мои губы ему на ухо. – Возвращайся ко мне.

Рука на его груди уловила, как сердце забилось уверенней. Спрятав счастливую улыбку, я встала и медленно пошла на Хана.

– Готов умереть, ублюдок? – не дожидаясь ответа, я атаковала, переплавив ярость в силу.