Надо сказать, что в этот раз гендерные стереотипы меня подвели. Подпустив к себе мужчину, как более сильного и потенциально более опасного, я жестоко ошиблась. Когда его спутница увидела, как он падает с кинжалом в сердце, она издала вопль погромче, чем незадолго до этого Летучая мышь, и, обезумев, бросилась на меня.

Ярость не помешала санклитке отменно драться. Я, в принципе, тоже была неплоха, чего женщина, похоже, не ожидала. Но она так лихо «танцевала» вокруг меня, то и дело доставая жалящими ударами, что пришлось задуматься о вариантах.

Бежать некуда, отметаем сразу. Еще немного боя на пределе сил, и я начну сдавать. Ей тоже приходится нелегко, это очевидно, но санклитскую выносливость даже после обнуления все же не сравнить с человеческой.

Мой единственный шанс – добраться до кинжала. Однако это понимает и женщина, оттесняющая меня все дальше от вожделенного оружия. А самое страшное – сотовый, который я положила на каменный пол в начале драки, начал мигать. Если аккумулятор сядет, в темноте мне с этой бабой не сладить.

Ну, не зря говорят, что русский народ страшен своей импровизацией! Громко закричав, я с разбегу бросилась на соперницу и вцепилась в ее спутанные волосы. От неожиданности она замерла на секунду, и мне удалось ее повалить на спину рядом с мертвым мужчиной. Когда санклитка опомнилась, я уже рыбкой нырнула к нему и выдернула кинжал. Жгучая боль, словно тысяча медуз обвились вокруг, обожгла ногу, в которую она вцепилась.

Теряя сознание, мне через силу удалось извернуться и всадить клинок в сердце женщины. Когда ее глаза остекленели, я, не сумев даже отползти, рухнула сверху и вырубилась.

Сотовый почти погас, когда чувства вернулись. Морщась от ужасного запаха, я сползла с мертвой санклитки и, перекатившись на спину, ахнула – надо мной стояла зареванная малышка, фото которой намертво отпечаталось в памяти.

Каре из каштановых волос до плеч, челочка, ободок с бабочкой, губки бантиком и огромные карие глаза. Одна из двадцатки!

– Привет, Седа. – прошептала я. – Не бойся, меня прислал твой папа. Он очень соскучился.

– Пгавга? – девочка подошла ближе.

– Правда. А где остальные ребята, знаешь?

– Тям, – она указала рукой в темноту и села рядом со мной.

– У всех все хорошо?

– Дя.

– Молодцы. – Мне с трудом удалось встать на четвереньки.

В поле зрения попали трупы. Веселое у этого санклитенка детство! Мысленно чертыхнувшись, я попросила Седу отвернуться и вернула кинжал в ножны, заодно подобрав телефон.

– Встявай. – Девочка топнула ногой. – А то зяболеешь!

– Как скажешь. – Под смех вырвалась у меня фраза Горана. – Даже не думай думать! – скаламбурила я, на негнущихся ногах отходя от мертвой парочки, держа малышку за руку. – Хватит нам уровней. Пора «game over».