Разве это теперь важно?

Усталость вдруг сделалась страшной, парализующей – Лукас бессильно обрушился на кушетку. «Причины понятны. Недосыпание вчера… длительный стресс… нервы, потрепанные постоянно возвращающейся болью». Он все для себя обосновал.

Затем разрешил себе закрыть глаза, всего лишь на секунду…

А потом его засосала темнота.

Глава двадцать четвертая Черный вихрь

Глава двадцать четвертая

Черный вихрь

Камёлё тащила господина председателя вдоль здания. Дотащила до черного входа, свободной рукой провела по замку и открыла его. Спрятаться внутри было лучше, чем оставаться в саду на глазах неизвестно у кого. Она подтолкнула Эдгара Хэлесси на пожарную лестницу, протиснулась за ним и пинком закрыла за собой дверь.

– Зачем? – обрушилась Камёлё на председателя. – Зачем вы так рискуете? Тебе одной бури не хватило? Что вы, черт возьми, хотите себе доказать?

Эдгар Хэлесси поднял глаза.

– Что? Я не понимаю…

– Ты не понимаешь?! Сейчас помогу понять.

Камёлё взмахнула рукой. Серебристый холод соскользнул с ее предплечья, обмотался вокруг груди и рук Хэлесси, словно пылающий кнут, и крепко его связал.

– Немного насилия всегда способствует улучшению ума. После этого люди всё прекрасно понимают. Сам увидишь!

Она дернула петлю. Удар был столь резким, что психотроник потерял равновесие. Он упал на колени на ступеньки из жесткого бетона. Лестница была узкая и крутая, ею давно никто не пользовался. Хэлесси попытался встать, но ноги подкосились. Руками он себе помочь не мог, они были связаны. И упал лицом вниз.

Камёлё не стала ждать, пока он поднимется. Она схватила его за плечи и, дернув, усадила. Затем дала неслышный приказ серебристому холоду, и тот обмотал его также вокруг талии, притянув к балясине перил.