– Разумеется, нет. Я только обращаю твое внимание на то, что твой отец собирал и использовал звездную энергию, которая является, возможно, самой мощной субстанцией в нашей галактике. Помимо всего прочего, он сделал шлем, а также эту великолепную бусину.

Милли раскрыла ладонь, на которой лежал браслет.

– Нет, нет, – нахмурилась Нова. – Мой папа сделал браслет, но бусина – дело рук…

– Адриана Эверхарта? О, я видела.

Нова покраснела от смущения.

– Стенная роспись ему замечательно удалась, но не это. Как бы тебе объяснить? – Милли потерла звезду указательным пальцем. – Твой отец сделал этот браслет в самом конце жизни, да?

– Верно.

– Так вот, место для камня осталось пустым не потому, что ему не хватило времени на завершение работы. На самом деле, эту драгоценность он создал раньше, за несколько месяцев до гибели – и спрятал там, где, как он считал, ее никто никогда не найдет.

Вытянув руку, Милли коснулась пальцем сердца Новы.

– Он спрятал ее в тебе.

Нова сжала губы, в очередной раз решив, что Милли над ней смеется.

– Серьезно?

– Ну конечно, не буквально здесь, – Милли постучала Нову по груди. – Просто это мне показалось более впечатляющим, чем то, как все было на самом деле. А на самом деле она хранилась в твоем мозгу, в основании миндалевидной железы[1]. Звучит менее романтично, но… я уверена, у твоего отца были причины поступить именно так.

Нова приподняла руку.

– Ты все это видела?

Посмеиваясь, Милли протянула ей браслет. Нова бережно взяла его, но надевать пока не стала.

– Ты пришла ко мне за ответами, не так ли?