— Все тут? — спросил Камбов. — Вот и ладушки. Теперь и поговорить можно. Чего хотели, ваше благородие?

Взгляды семерых опричников обратились ко мне.

— Меня зовут Урусов Константин Платонович. Мне требуются люди для охраны имения и мастерских. Для решения конфликтов с другими, кхм, отрядами опричников. И некоторых поручений, если придётся. Я прибыл по нужному адресу?

— Туда, ваше благородие, — Камбов растянул губы в ухмылке. — Ежели сговоримся.

Он пожевал губами, собираясь с мыслями.

— Мы, видите, опричным трудом давно живём. Четыре года вместе держимся, сначала на службе у Крюковых были, потом прииски графа Мордвина в Сибири охраняли.

— Почему ушли?

— Граф прииски продал, — Камбов дёрнул щекой, — а у новых хозяев свои люди нашлись.

— Рекомендательные письма есть?

— Как не быть, всё есть.

Девица вытащила из кожаной сумки два листа, скрученных в трубочки. Положила на стол и ловко толкнула в мою сторону.

Пока я рассматривал бумаги, опричники сидели молча, переглядываясь друг с другом. Впрочем, читать там было особо нечего: Крюков писал, что отряд опричников поймал в рязанских лесах несколько банд разбойников, за пьянством замечен не был, бесчинств не творил. А вот граф Мордвин давал более восторженную характеристику: мол, и порядок на прииске держали, и военную службу знают, и денег лишних не требовали. Но отмечал, что девица из отряда ведёт себя дерзко, с мужчинами говорит как равная, одежду носит распутную, а смотрит блудливо, и рекомендовал её выгнать.

Я глянул на эту особу поверх листа. Блудливо, значит, смотрит? Девица покраснела, поджала губы и ответила яростным взглядом. Мне захотелось рассмеяться. Распутная одежда — это штаны, что ли? Нет, мы с графом Мордвиным явно не сходимся в вопросах морали. Подмигнув девице, я отправил ей бумаги обратно.

— Хорошо, — я снова обратился к Камбову, — нареканий не вижу. Хотелось бы услышать про каждого в отдельности. Что умеет, что знает.

Орк осклабился.

— Можно и рассказать. Меня вы знаете, Семён Камбов, владею Талантом, старший среди всех. Ежели кто провинится — спрос с меня.

— Как в опричники попал?

Он пожал плечами.

— С детства обучался, как положено.

Вдаваться в подробности, какой род его воспитывал, Камбов не стал. Я и не настаивал — надо будет, узнаю позже.