– А это что? – Браконьер показал на корзины и одежду.

– Я принес со склада. Это багаж. Лежит здесь с тех пор, как построили Новую Стену.

Джейк удивленно посмотрел на старика.

– Знаю, в школе вам рассказывали по-другому, – сказал Ральф. – На самом деле англичане не хотели жить за стеной. В итоге погибло много невинных людей. Их багаж был конфискован в наказание за попытку побега. Но Коалиция ни за что не уничтожит вещи: имущество – это святое. – Он подмигнул и продолжил: – Это произошло больше тридцати лет назад. Теперь я на это живу.

– Значит, вы вор, – заявил Дэви.

– А ты нет? – парировал Ральф. – Я Беглец. Если я не буду воровать, я умру. Хозяева этих вещей давно пропали или мертвы. Но иногда я могу помочь живым.

Он посмотрел на ребят.

– Лучше заботиться о живых, не так ли?

Он открывал небольшие банки и смешивал их содержимое в миске. Дэви он протянул ложку меда.

– Держи, поможет от кашля. А перед сном заварю тебе чай с тмином.

Чем дольше Джейк находился в этой комнате, тем сильнее его охватывало странное ощущение. Лишь потом он понял: эта комната была похожа на настоящий дом. Джейк нигде не чувствовал себя так со дня смерти родителей. На мгновение в груди защемило от тоски.

Чайник засвистел, и Ральф выключил плиту.

– Парень с собакой, подойди сюда, – он протянул Джейку широкую миску. – Понюхай.

Оранжевая смесь пахла резко и сладковато, словно карри[54].

– Это для твоего пса, – пояснил Ральф. – Его сильно потрепали. Я дам ему снотворное и промою как следует рану. А ты потом смажешь ее вот этим.

Ральф освободил место вокруг Джета, присел и приподнял его голову. Руки старика были громадными, с мозолистыми покрасневшими пальцами, но его движения были аккуратными, даже нежными. Он закинул что-то в пасть Джета и сжал псу челюсти, чтобы тот проглотил.

– Что это? – спросил Дэви.

– Просто трава. Поможет ему заснуть.

– Что за трава? – не успокаивался Дэви.

– А ты дотошный. Это валериана.