Силуэт Элина подёрнулся сизой дымкой и медленно растворился в воздухе, не оставив после себя ни единого следа. И произошло это ровно за пару секунд до того, как место сражения захлестнула волна восприятия одного из сильнейших анимусов Авалона, отряд под началом которого выдвинулся на разведку с целью узнать, чьё сражение можно было наблюдать со стен невооружённым взглядом. И каково было их удивление, когда вместо хоть каких-то определённых следов они наткнулись лишь на оплавившийся кратер, на дне которого отпечатался силуэт гигантской стилизованной змеи. Люди, понявшие, что здесь что-то не так, задействовали все свои силы и артефакты, но так и не смогли найти даже самого вшивого следа, могущего указать хотя бы примерное направление, в котором стоило искать неизвестного анимуса. И они не могли даже помыслить о том, что Элин находился совсем рядом с ними, в жалкой сотне метров, сокрытый своими невероятными способностями.

О том, что рисунок в породе мог оставить демонический зверь они по понятным причинам не задумывались: симбионты за прошедшие с начала путешествия Элина полтора года не явили себя миру, пусть и начали довольно активно действовать ради добычи сведений о новом-старом враге. Их атакам подверглись все великие города, а некоторые обособленные укреплённые поселения и вовсе перестали существовать. Но платой за этот успех для симбионтов стали жизни двадцати трёх сородичей, каждый из которых погиб жуткой в их понимании смертью — через поглощение или развоплощение души. Элин, открыв охоту и стремясь сконцентрировать всё внимание давнего врага на себе и только на себе, не разменивался на мелочи, делая успехи как в обучении у Дарагоса, так и в вопросе обретения опыта использования своих новых сил, которые росли стремительно и неуклонно.

Теперь экс-абсолют даже не сомневался в том, что истинный человек мог в одиночку перебить всех симбионтов и лордов этого мира, не получив при этом ни одного серьёзного ранения. Ведь сила воителей этой расы была абсолютной, и разум смертного, — собственно, даже самого Элина пару лет тому назад, — просто не мог её осознать. Здесь не было ранжирования вида “сильный удар — тысячекратно более сильный удар”. Отличия крылись в самой природе воздействий, способность к которым перерождённый и стремился развить. Отличная от привычной материя, в центре которой всё так же находилась анима и душа.

Новое, непаханное поле, обработка которого приносила Элину Нойр огромное удовольствие.

— Лидер, нас отзывают и требуют прибыть к четвёртой секции северной стены! — Появившийся на оставленном Элином поле боя анимус-слабосилок, использующий способности демонического зверя скоростного типа, вытянулся в струнку перед куда как более могущественным коллегой платинового ранга, тело которого было заключено в массивном даже не доспехе, а внешней оболочке, защищающей анимуса и наделяющей его воистину демоническими физическими характеристиками. — Приказ подписан владыкой лично!