Среди кирпичных труб ютилась небольшая причальная площадка для аэрокэбов и воздушных шаров. К слову, сейчас здесь, чуть покачиваясь в воздухе и скрипя тросами, был пришвартован шар с клетчатой зелено-коричневой оболочкой.

Ни пассажиров, ни кого-нибудь из швартовочной команды рядом не наблюдалось, и Джаспер направился к двери, ведущей внутрь дома. Когда он проходил мимо шара, ему показалось, будто он услышал из корзины чье-то ворчание. Мальчик затаился и прислушался, но странный звук не повторялся, и Джаспер решил, что ему показалось. Он заглянул в корзину, но там никого не было… Зато он обнаружил огромную картонную коробку, обернутую нежной кремовой бумагой и перевязанную ленточками. На крышке коробки красовалась витиеватая надпись: «Сладкие сны Тикаретто», и Джаспер понял, что внутри.

«Это же торт!- с восторгом подумал он.- Наверное, у мистера Портера день рождения! Или, что вероятнее, он празднует какое-то свое очередное злодейство! Какой же он большой… Интересно, он с лимоном или с черносливом? А может, со взбитыми сливками?»

У мальчика потекли слюнки, но он заставил себя вспомнить о деле.

Проклятая дверь оказалась заперта так же, как и прочие, и вот тогда, практически отчаявшись и уяснив, что иного выхода у него нет, он стал выбирать подходящую трубу, и вскоре такая труба была обнаружена…

Чумазое, все в саже нечто по имени Джаспер с громким чихом, наконец, выбралось из дымохода, неловко приземлившись и подняв собою облако золы. Мальчик зажал себе рот руками и замер, вжавшись в заднюю стенку камина. Из головы мгновенно стерлись все придуманные им, пока полз, оправдания.

Прошло мгновение, другое… Кажется, в гостиной ничего не происходило. Набравшись смелости, он подался вперед и выглянул из камина.

Это и правда была гостиная – большая комната с резными панелями и синей креповой обивкой стен. Тяжелые темно-синие шторы на окнах, которые отдаленно походили на задрапированные фигуры, отбрасывали на ковер глубокие тени. Большую часть места занимал собой гарнитур под цвет обоев – одно из кресел стояло прямо напротив камина, но, на счастье Джаспера, в нем никого не было. Мальчик уж было решил, что здесь вообще никого нет, как вдруг увидел человека, замершего у какой-то картины.

Это был слуга – стоящий к Джасперу спиной человек являлся обладателем ливреи в полосочку, в вытянутой руке он сжимал перьевую щетку для пыли.

«Не мог же он меня не услышать!» - изумленно подумал Джаспер, и тут заметил в слуге кое-что странное, а именно его полированный латунный затылок и поблескивающие металлом кисти рук.