— Господин профессор! Я — не Артур Кокрофт!

— А кто же вы? — неподдельно удивился профессор, по-видимому не решив, как понимать слова Флипа: в шутку или всерьез — до того они были неожиданны.

— Кто я такой, сейчас не имеет никакого значения. Сейчас важно то, что Артура Кокрофта нет на планете Земля!

— Вы говорите какую-то чепуху, молодой человек. Или вы придумали этого Кокрофта, чтобы подурачить старого чудака, и написали мне такое хорошее письмо от его имени?

— Профессор Бертран Селлар! Вы меня прекрасно понимаете! — голос Флипа возбужденно звенел, — Артур Кокрофт — живой человек и в эту минуту он находится в ракете «Феномен», летящей в межпланетном пространстве!

— Что? Что вы говорите? — прошептал профессор, испуганно глядя на Флипа.

— Я знаю все! Я знаю о том, что вы получили письмо от Артура Кокрофта, предлагающего себя в жертву науке. Где это письмо, кому вы его передали? Вы меня слышите, профессор?

Но профессор его не слышал. Худенький старичок сжался в комочек в большом кожаном кресле, обхватив голову бледными старческими руками.

— О! Какое несчастье! — простонал он. — Неужели он это сделал? Он убил Артура Кокрофта!

— Кто он? — Флип наклонился через стол к Селлару.

— Тони.

— Кто такой Тони?!

— Антони Ван Силвер, ныне молодой преуспевающий ученый, был известен профессору еще с того момента, когда Тони учился в университете. Сын состоятельных родителей, Тони был не очень прилежным студентом. Но он всегда был себе на уме, никогда ни с кем не ссорился и умел быть нужным для всех. Он умел нравиться людям. Бывало так, что он убирал соперников со своей дороги, но всегда с помощью кого-нибудь другого, а сам оставался в самых милых отношениях с теми, кому подставил ножку.

— Все, кто его знал, отзывались о нем хорошо. Профессора возлагали на него большие надежды.

Только профессор Бертран Р. Селлар до последнего курса недоумевал, почему другие его коллеги превозносят этого студента. По его мнению он был серый, ничем не примечательный человек. Но Тони понял, что профессор Селлар является наиболее подходящим для него научным руководителем. В отличие от других преподавателей и ученых Селлар не умел хранить идеи, которые рождались в его голове.

Тони знал свои способности и оценивал их объективно. Он понимал, что открытие, грандиозное научное обобщение, оригинальная идея ему в голову не придут. Но он способен подхватить чужую мысль, он может ее обработать, придать ей приемлемую обществом форму. Словом, он чудесно мог использовать чужую оригинальность. Он был грамотным плагиатором.