Так вот, по той версии, что я слышал, путеочиститель еще назывался скотосбрасывателем, и предназначался помимо отбрасывания мусора для того, чтобы туша сбитой, к примеру, коровы, не попадала под локомотив и все ее внутренности не изгваздали механизмы, а «отбрасывалась» она в сторону.

Вот на некоторых машинах, что были на парковке, имелись такие скотосбрасыватели. Правда, предназначались они, как понимаю, вовсе не для коров, так что правильнее их было бы назвать «зомбисбрасывателями». Ну а что, здравая, кстати, идея: современные машины специально имеют такую форму, чтобы случайно сбитый человек скорее оказался на капоте, чем под машиной. А в условиях случившегося зомби-апокалипсиса это как раз таки не лучшее решение.

Плюс, если мертвяков несколько, они могут создать проблемы — сбить их, конечно, можно, но и повредить машину при этом легко.

Вон, «кореец» Шота тому пример — сбили несколько мертвяков, и все, кабздец тачке. Мало того, что вся изгваздана, так еще и неисправна.

Я толкнул Тимура и Семеныча, указал на машины, будто сошедшие с экрана фильма «Безумный Макс», и заявил:

— Нам бы тоже так не мешало сделать.

— Угу, угу, — одобрительно закивал Семеныч, — тем более ничего сложного нет.

— И забронировать вон, тоже не мешало бы, — поддержал его Тимур, — а то едешь и боишься, что откуда-то прилетит…бр-р-р…

Он вполне натурально вздрогнул.

— Бронирование ‒ это хорошо, — кивнул я, — но и обзор существенно снижает. Ни хрена ведь не видно будет…

— Щели можно оставить смотровые, — предложил Семеныч.

— Можно, но все равно ‒ уже не то… — проворчал я.

Едва только оказались на парковке, словно из ниоткуда появился вертлявый парнишка, похоже, ровесник нашего Данилы. Он тут же указал рукой на свободное место и принялся нам сигнализировать, чтобы мы туда и становились.

Ну, окей…

Тимур аккуратно завел машину на указанное место, заглушил ее, и только тогда мы вылезли наружу.

Тут же подскочил и паренек-парковщик.

— Добрый день! — поприветствовал он нас.

— Добрый, — ответил я, Тимур и Данила кивнули в ответ, и лишь Семеныч, кутаясь в куртку, пытаясь спрятаться от дождя, недовольно проворчал:

— Не такой уж и добрый…

— Впервые у нас? — не обратив на Семеныча ровным счетом никакого внимания, жизнерадостно поинтересовался у нас паренек.