Хоппер вел мотоцикл на юг. Как только показалась река Гарлем, он свернул и поехал параллельно ей по узкой улочке, проложенной между заросшими пустырями на берегу и железнодорожными путями. Ранее Хоппер хаотично пересек сетку улиц. Скорость и маневренность мотоцикла позволили надежно оторваться от других «Гадюк». Теперь, на прямой пустынной улице, мотоцикл с легкостью «съедал» мили.

Они постепенно продвигались на юг, все чаще проезжая под пересечениями с шоссе и подъездными дорогами, поскольку к мосту, видневшемуся впереди, сходилось несколько главных транспортных артерий. Улицы теперь были плотно забиты машинами – бибикающими и моргающими фарами. Никто не двигался, но Хоппер надеялся, что если они попадут в пробку, то на мотоцикле им удастся ее миновать.

Они подъехали к мосту Юниверсити-хайтс, к которому в беспорядочной мешанине перекрестков примыкало несколько улиц. Хоппер въехал на пандус и замедлился, проезжая между вставшими в пробку машинами, а потом и вовсе остановился. Пути дальше не было.

Это не была обычная пробка. Мост был закрыт – более того, забаррикадирован с помощью тяжелого переносного ограждения, перекрывшего движение, чтобы направить траффик прочь от Манхэттена. За ограждением были установлены огромные прожекторы, питаемые от четырех генераторов размером с небольшие фургоны, мурлыкавших на обочине дороги.

Еще дальше – там, где начинался собственно мост, стоял отряд конной полиции, растянувшийся по всей ширине проезжей части. На полицейских были надеты каски с зарешеченными забралами, в руках, защищенных бронированными перчатками, они держали длинные деревянные дубинки. Лошади – не так хорошо экипированные, как их наездники, прядали головами и били копытами в теплом ночном воздухе.

– Наконец-то власти, – сказал Хоппер. – Держись покрепче.

Он поддал газу и повел мотоцикл вдоль ряда остановленных машин, затем повернул руль, проехал в боковую щель в ограждении и направился прямо к ряду конных полицейских.

– Приказываю остановиться!

Хоппер замедлился, повернул мотоцикл и встал. Один из полицейских у края ряда держал у рта мегафон. Он немного подал коня вперед, животное в знак протеста развернулось боком.

– Слезайте с мотоцикла и оставайтесь на месте!

Марта спрыгнула с заднего сиденья. Хоппер оглянулся через плечо, затем откинул ногой боковой упор и слез сам. Он обменялся взглядами с Мартой и шагнул вперед.

– Оставайтесь на месте и держите руки так, чтобы я их видел!

Хоппер остановился и развел руки в стороны. Он должен был попытаться. Технически он все еще оставался в розыске но, учитывая нынешний хаос, он рассудил, что у полицейских, охранявших мост, было достаточно поводов для беспокойства и без того, чтобы пробивать его фамилию.