Капсула замерла у платформы.

Сквозь стекло я увидел компанию из трёх типов, сканирующих взглядами все проезжающие мимо капсулы. Типы мне не понравились. Уж больно смахивают на разбойников с большой дороги. Коренастые, жилистые, с совершенно неуместными чехлами за спиной. В таких чехлах рыбаки таскают удочки да спиннинги, но эти ребята не похожи на рыбаков.

Один их хмырей посмотрел на меня.

В упор.

И криво ухмыльнулся.

Капсула скользнула вверх, а тип всё ещё сверлил взглядом мою спину. Через четверть часа на горизонте замаячила станция «Альпика».

И я понял, почему Маро выбрала для наших занятий эту локацию.

Глава 31

Глава 31

Зимой Альпика превращалась в модный горнолыжный курорт с трассами разной степени сложности, летом же сюда съезжались любители трекинга.

Ладно, слово «трекинг» в этой реальности ещё не придумали. Зато успели придумать здоровенный спорткомплекс для фанатов боевых искусств. Эдакий аналог Шаолиня на Кавказе. Нет, монастрь здесь, конечно, не построили, но оборудовали вереницу террас, связанных друг с другом горными тропами и вырубленными прямо в скале лестницами. С высоты протянутого над склоном каната я видел деревянные столбы, площадки для тренировок, брусья, турники и даже мишени для стрельбы из лука на специально огороженном поле. А ещё — боксёрские груши, манекены из полупрозрачного материала, напоминающего желатин, воинов, сражающихся друг с другом на шестах, группы мечников, оттачивающих свои ката… И комплекс одноэтажных зданий, смахивающих на додзё. Кто-то избивал грушу или колол шпагой манекен…

Всё это выглядело, как закрытое учреждение.

Нет, не так.

Часть террас была доступна всем желающим, но отдельные площадки прятались за сетчатым забором. В глаза бросились ворота с будочкой, которая не могла быть ничем иным, кроме кассы.

Моя капсула замедлила ход и притормозила, достигнув платформы.

— Веди, — сказал я, задвигая на место дверь.

Маро повернулась ко мне спиной и зашагала к спуску.

На платформе отиралось несколько человек, большая часть из них была туристами. В основном, европейцы. Все — с зачехлёнными фотоаппаратами на ремешках. Некоторые с оружием.

Когда мы спустились к подножию станции, девушка спросила:

— Бывал здесь раньше?