— Бэн, она знает. А ты знаешь, что нужно делать. Не тяни.

Бэн пожимает плечами, тащит на себя девушку. В глазах у той ужас. Она тоже понимает, что услышала то, что услышать была не должна. И теперь у неё нет никаких шансов...

— Иди сюда. Ныряй.

— Нет... Пож...

Бэн резко дёргает её и топит, зажимая между ног.

Гном что-то бурчит про растраты, а Сируэль только холодно следит за трепыханиями девушки. Не отрывая жадного взгляда, в котором читается только... злость и зависть.

Шаги...

Несмотря на плеск воды, они слышат шаги.

Гном рычит:

— Что такое? Вы что там, охренели совсем?! Попросили же!

Бароны знают, что пройти в купальню могут только те, кому они втроем разрешили. Иначе это физически невозможно. Уж такое это место. Значит, случилось что-то очень срочное.

Сквозь пар ничего не видно. Только слышно. Шаги приближаются.

Первым с места вскакивает Сируэль, расплёскивая во все стороны воду. Накидка сползает с него, но всем на это плевать. Никто не смотрит на него... Никто не шутит...

В горячих клубах пара уже можно различить на лице подходящего к бассейну овальную красную маску.

Глава 49

Глава 49

Гном вскакивает вслед за эльфом, но поскальзывается, плюхается обратно в воду, с рыком выныривает:

— Что ты хочешь?! Что мы сделали?! Всё ж блестит и пахнет!

Смотрящий не отвечает. Он просто идёт на них... нет, он будто плывёт. К шагам добавляется ещё один страшный звук — будто ногтями по стеклу. Смотрящий держит в руках окровавленный меч, остриё скребёт о мраморный пол.

Ему достаточно мимолётного движения головой в сторону Бэна, чтобы тот отпустил брыкающуюся девушку. Та выныривает — явно из последних сил — и заходится страшным, раздирающим глотку кашлем.