— Вот как, — задумчиво произнёс я. — А скажите мне, Кирилл Борисович, где шлялась моя охрана?

— Они были на месте, если ты их не видишь, тоэто не значит, что их нет рядом, — твёрдо произнёс Кочубей, смотря мне в глаза.

— Потрясающе…отличная охрана. Они где-то рядом…А у вас есть, нормальные люди в охране? К нынешним, у меня накопилось слишком много претензий за этот день.

— Есть, — поджал он губы — Эта команда была лучшей…

— Юль, ты слышала? — повернулся я к девушке. — Нас чуть не убили, под охраной лучших…Если эти никчёмные охранники, лучшее. То мне страшно представить, что за сброд у вас остался.

— Нормальные у нас остались, не нужно тут утрировать, — нахмурился мужчина. — Уровень подготовки у нас одинаковый для всех.

— Ой да плевать… — отмахнулся я от него

— Лишь бы работу делали нормально. А не как эти. Вымне лучше скажите, с этимто как жить? — поднял я левую руку.

Она была словно подгоревшая, с ярко-голубыми венами. Порезы и шрамы, вместо розового цвета теперь были тёмно-синими.

— Мы пока не знаем, что это такое. Но наши учёные приходят к выводу, что ничего страшного в этом нет. Последствия бездумного применения силы. Носи длинные рукава и перчатку, — развёл руки мужчина.

— Потрясающе… — покачал я головой.

— Жить то нам теперь где? — произнесла Юля, сверля Кочубея взглядом.

— Где и жили… — вздёрнул он брови вверх.

— Там от дома остались ледяные стены! Мы не будем жить в доме, где нас чуть не убили. Сами живете в этом доме. И да, вы выяснили, от какому праву дом моей семьи обокрали?

— Нет, мне не до…

— Ах вы не выяснили… — всплеснула девушка руками. — Неудивительно, что в вашей богадельне такой бардак…людей убивают, охрана плюёт на свои обязанности. Зачем им парится, если у них целый руководитель не чешется, что уж ждать от подчинённых.

— Вы ошибаетесь… — сухо произнёс мужчина.

— Моя невеста говорит по делу, — положив руку на плечо Юли и сжав его, я не дал продолжить перепалку. — Вы уже не первый раз, показываете несостоятельность канцелярии. Мы потеряли своих отцов по вашему недосмотру, а смерть Оболенского, лежит полностью на плечах канцелярии. Так, что не надо нам тут рассказывать, как мы ошибаемся. Пойдём Юль. Нам тут больше нечего делать.

Девушка бросив на меня вопросительный взгляд и получив лишь кивок, пожав плечами, поднялась на ноги. Дойдя до двери и пропустив её вперёд, я удержал её за запястье.

— Юль, подожди тут. Мне нужно сказать нашему ректору пару тайных слов.