Фил опустил глаза и продолжил:

– Неделя прошла, Брайан. Всего неделя. И я пошёл к Сальме, хотел сказать, что еду за тобой…

Я внимательно смотрел на Фила, голос которого становился все тише…

– Увидел их на детской площадке. Мэтта и Сальму. Мэтт качал на руках твою дочь, а Сальма сидела на качели и улыбалась… Я знаю, что ты никогда меня не простишь, Брайан, но я решил не спешить с тобой. Уехал за другими людьми. Решил понаблюдать дальше и…

Фил виновато посмотрел на меня.

– Брайан, они через месяц уже жили под одной крышей.

Я отвел глаза в сторону.

– Она почему-то считала, что ты умер, – продолжил Фил. – Спросила у меня, лишь два раза, что случилось с тобой. Два раза, Брайан! За всё время! Скажи мне этого достаточно, для настоящей любви?

Я задумчиво сел на кровать и взял в руки медицинский датчик.

– Я, быть может, плохо разбираюсь в чувствах и отношениях, – сказал Фил. – Но мне кажется, что она несильно-то и искала встречи с тобой. Ответь мне Брайан, я разрушил твою семью или она уже была разрушена? Скажи, как я мог тебя привезти сюда? Чтобы случилось с тобой, если бы ты узнал правду? Ты отчаянно рыл землю в городе, потому что любил. А потом стал военным героем, только из-за них! Лиззи и Сальмы! Как я мог лишить тебя твоей больной любви, Брайан?! Убрать единственный стержень в твоей жизни, за который ты так держался? Сейчас твое имя знает всё сопротивление! Все человеческие города, всего мира, знают, кто каждый день кошмарит центральную фабрику! Ты знаешь, сколько у тебя подражателей? Сколько людей надели маски и поднялись на борьбу с абсолютами?! Если ты! Один! Смог! Почему они не могут? Ты стал частью истории Брайан. Важной частью этого мира. И все благодаря своей обреченной любви… Как я мог забрать у тебя надежду? И кем бы я был, если бы поступил так с тобой? Ответь мне, смог бы ты спасти тех детей с дырявым сердцем?

Я посмотрел куда-то вверх. Сквозь все моё тело, как будто шёл холодный ток. Мысли мои путались, меня знобило и дёргало. Только сейчас я заметил, что Карл все это время стоял в дверях с моей одеждой и слушал Фила с понурым лицом…

– Не думал я, что ваша любовь как хрусталь, – сказал Фил. – Красивая внешне, блестит, а чуть надавил и затрещало. А без любви, Брайан, ты слабак. Не смог бы ты жить с этим. А пока ты верил, ты бился. Бился так, что вошёл историю. А сейчас ты такой же одичалый, как и я…

– Угу, – тихо сказал я. – Как и ты. С мёртвой душой и подменным телом. Кальсоны тебе с ширинкой до пола выдают? Позывной-то себе какой пафосный взял, Бигфилл! Ты свой жизненный стержень в трусах таскаешь? Там твой повод для гордости?