Просыпаюсь с трудом от того, что кто-то рядом истошно воет. Слышу ругающийся знакомый голос, хрипы задыхающегося человека и вспоминаю — дед. Старый урод, он и меня душит, только я привязан и не могу ничего ему сделать. А ему нравится, когда он видит, что я вот-вот потеряю сознание — отпускает, громко смеётся, ждёт пока я надышусь и всё начинает заново. Это его игра, его развлечение в этом последнем приюте неудачников вроде меня.

Я встаю и сажусь на кровати, понимаю, что меня ничего не держит. Кто-то аккуратно развязал верёвки, освободил меня, и это было странно. А ещё странно что ничего не болит, нет никакой слабости — я будто выздоровел. Трогаю себя в разных местах, щупаю лицо и глаза — да, чувствую себя отлично.

Встаю с кровати и смотрю на деда, он хитро мне подмигивает и показывает пальцем куда-то в сторону. Смотрю — дверь с надписью «Выход». Почему-то на русском, хотя я не в России, всё очень странно и непонятно. Иду к выходу и вижу боковым зрением что с другой стороны приближается санитар, поворачиваюсь к нему и говорю:

— Я кажется здоров, мне нужно уйти, похоже случилось чудо!

Улыбаюсь ему виновато и развожу руками, мол посмотри — вот он я, целый и здоровый, отлично себя чувствую. Но он не останавливается и идёт ко мне, я же откуда-то знаю, что надо бежать. Хватаю рядом с собой старый металлический стул и кидаю в урода, сам уношусь в проём двери, которая помечена как «Выход».

Оказываюсь в тускло освещённом длинном коридоре, бегу вперёд, сворачиваю и снова бегу. Оглядываюсь — санитар сзади, и уже к нему присоединился друг. Я их обоих помню, они меня били и привязывали к кровати. Мне просто нужно выбежать наружу и всё кончится — я встречу врачей, других людей, объясню им что здоров, а меня тут держат.

Кажется, я бегу уже пол часа, а коридоры не кончаются. И эти уроды бегут за мной, мы кружим по этому безумному и бесконечному хоспису уже так долго словно это бросок.

Я вдруг вспоминаю — другой мир, вторая жизнь, я маг, боевой маг, а это испытание. И я уже не первый раз убегаю, и я уже не первый раз всё это делаю. Пытаюсь сосчитать сколько раз я так очухивался — получается тринадцать. Тринадцать раз я пытался сбежать, драться, красться, пытаться победить. Ничего не работает и похоже мне не хватает сил, меня плохо готовили.

Останавливаюсь и вспоминаю слова гномки — «Это никак не связано с вашими успехами в учёбе, это другое, или даже — совсем другое».

Задумываюсь что я делаю не так. Но понимаю, что сопротивляться бесполезно, она же сказала — никак не связано с успехами в учебе. И наставница говорила тоже самое, что это совершенно другое, каждому своё.