Авиадивизия, одной из первых в ВВС получила новейшие штурмовики Ил-2, и Юрия, в числе лучших лётчиков перевели в полк с новейшими самолётами. Первое, что Юрию сразу показалось странным и даже подозрительным, это отсутствие на новейшей машине стрелка, защищающего заднюю полусферу. Механики, доставившие Илы, подтвердили: изначально стрелок на самолёте был, но потом вдруг его убрали.

Юрий тогда отправился на приём к командиру полка, и там, на совещании, вместе с комиссаром, зампотехом и особистом приняли решение переоборудовать все штурмовики полка в двухместные. Пулемёты для них набрали со списанных самолётов, благо тех было в избытке.

Понятно, что в мирное время такая переделка невозможна: никто не позволит вносить изменения в конструкцию боевого самолёта. При желании могут и политическую статью пришить, а вот с началом войны переделку совершить можно.

Что война начнётся скоро, знали все. Вот что было неизвестно никому — одна ли Германия нападёт на Советский Союз, или она сделает это вместе со всем капиталистическим миром. Последний вариант, естественно, был бы для нас очень неприятным, и потому мы делали всё, чтобы избежать войны, вернее обвинений, что войну начали мы. Нужно не поддаваться на провокации, пусть даже ценой потерь.

Кроме того, наша армия начала переход от полупартизанской структуры территориальных дивизий к структуре кадровой армии, и этот переход начался только в тридцать восьмом году. Не хватало обученных бойцов, не хватало командиров с военным образованием, а самый главный ужас был на верхних этажах армии, где плелись чудовищные интриги, где было засилье явных и замаскированных троцкистов. Сталину и его команде удалось вычистить большинство врагов, но многие сумели скрыться и только ждали удобного часа, чтобы ударить в спину.

Этот час настал с началом войны, вернее перед ней. Из вышестоящих штабов вдруг поступили приказы о поверке прицелов артиллерийских орудий, и указание отослать их куда-то за тридевять земель. Подразделения ПВО вывели на срочно объявленные учения, и заперли в огромных лагерях, не обеспечив боеприпасами и транспортом. Объявлена проверка авиационной техники и и дано указание выстроить машины, в ожидании комиссий.

Умные и бдительные командиры частей и соединений всеми силами саботировали странные указания и даже прямые приказы, и у них был неубиенный аргумент: Устав. Армия живёт по Уставу, вернее по Уставам, и существует железное правило: если приказ противоречит Уставу, значит это преступный приказ. Но мало их было — умных, бдительных, да к тому же, решительных и смелых.