Он унижался, почти с наслаждением – и тогда, и вот теперь, снова. Волк в своре цепных псов пристегивал поводок прямо к позвонкам на шее, чтобы потом вырвать с мясом и загрызть беспомощных собак. Сварт ощущал незримые оковы кожей, но он готовился сорвать их еще до вечера. Восстать из пепла или сгореть дотла. И больше ничего не боялся.

Он равнодушно рассматривал особняк, отгоняя воспоминания: дом с колоннами, просторный по меркам города холл. Он хотел продать все свои мечты о свободе и море ради еще более свободного холла в особняке Вессона. Этого ли он желал в конце пути, этого изнуряющего бега? Мелкой власти над скучными людьми, фальшивого авторитета вечного притворства.

«Желание вещей убивает волю человека», – вздохнул Сумеречный Эльф, скользя бесплотным туманом вокруг дома.

И вещи расплодились в большом количестве в доме господина Нилса, второго фаворита на выборах. Казалось, вещи размножались там спорами, бесполезные, скучные: то какой-нибудь бюст неизвестной богини на подставке, то чрезмерно длинная запыленная от лени горничных портьера, то лестница с позолоченными перилами.

Все в этом доме выдавало, что хозяин отнюдь не аристократ, а нажил богатство быстро, нежданно. Он жадно хватал, урывая от стога жизни больше, чем позволяли себе другие. Сварт презрительно сморщился. А чего желал он? Не того же? Не урвать то, что не принадлежало по праву рожденья? Право рожденья… Отвратительная стезя. Каждый рожден свободным. Но кто-то в шелках, иной в кандалах, а третий вообще на помойке. Ничейный, нигде.

– По какому праву вы вломились в мой дом? – вылетел хозяин на верхний пролет лестниц.

На господине Нилсе красовался полосатый зеленый костюм: то ли он куда-то собирался, то ли пришел откуда-то, но выглядел запыхавшимся.

– Разбирательство относительно убийств, – четко сказал капитан Даркси.

– И это касается меня? – недовольно выпятил грудь господин Нилс, покручивая жидкие усы. Его небольшими быстрые глазки неприязненно бегали.

– Могу я начать? – негромко осведомился Сварт у капитана Даркси, который сурово рассматривал то господина Нилса, то Сварта.

Даркси неохотно кивнул, чего и дожидался Сварт. Значит, морской страж не находил в себе достаточно красноречия. Забавно! Сварт начали издевательски вежливо:

– Уважаемый господин Нилс, вы оказались в круге подозреваемых. Если это досадное недоразумение, я готов испытать на себе всю строгость вашего наказания. А пока, с позволения глубокоуважаемых морских стражей и капитана Даркси, попрошу всех собраться в обеденном зале.

– Пусть стража расправляется с вами, когда выяснится, что это нелепый фарс! – упер руки в бока неудачливый кандидат в мэры.