Я строил догадки по поводу того, что на самом деле могло со мной произойти, и даже нащупал кое-какие объяснения. Меня усыпили. Приятный ветерок в капсуле был снотворным газом. Я всю дорогу проспал. Вспомнился коротенький комикс из детского журнала: маленький мальчик не может уснуть, отец бьется с ним, пытается читать книжку, но всё напрасно, тогда отец объявляет, что сейчас покажет волшебство, подходит к окну, за которым светит луна, задёргивает штору и предлагает сыну начать считать, сын считает, это занятие его усыпляет, он засыпает, а когда снова просыпается, отец отдёргивает штору и показывает утреннее солнце. Глупо, но в моём случае – с большим смыслом. Пока я спал, пилот перевёл мои часы назад. Открыл капсулу и перевёл. Никакого чуда. На обратном пути нужно будет часы понадёжнее спрятать, и тогда разгадка подтвердится.

В Австралии я очутился впервые. Сидней произвёл на меня впечатление большой деревни, утопающей в зелени. Одноэтажные теремки частных домов прямо в черте города, либо квадратные коробки обычных многоэтажек. Подобие города обнаружилось лишь после переезда через мост над портом, откуда открылся вид на лагуну и белую раковину Оперного театра. Рыжий таксист не делал ни малейших попыток меня разговорить, как у них это принято, особенно с приезжими: вот здесь у нас то-то, посмотрите, какая красота там-то, и тут у нас рынок и т. п. Ему уже заплатили, а чаевых он не ждал. От монотонной езды и скуки за окнами меня потянуло в сон. Что было весьма странно, ведь я только что проспал всю дорогу, а это, между прочим, больше шестнадцати тысяч километров. Тем не менее, глаза я открыл только тогда, когда дважды услышал над ухом настойчивое «Мы приехали, сэр». Вместо ожидаемого стеклянного небоскрёба международной корпорации или на худой конец загородного особняка, я обнаружил, что наше такси стоит на обочине снова деревенской дороги. Шофёр кивнул в сторону импровизированной парковки с деревянным столом и скамейками. За столом сидели двое в камуфляжной форме австралийской армии. При ближайшем рассмотрении один из военных оказался женщиной. Мужчина молча пожал мне руку и, не затягивая, произнёс кодовую фразу. Женщина передала ему ключ, которым он разомкнул замок на моей кисти. Кейс перешёл в их служебное пользование. Мне же был вручён тонкий запечатанный конверт. Снова скупое рукопожатие. Теперь они молча смотрели на меня, ожидая, когда я уйду. Я вернулся в такси, и мы поколесили прочь. Размышляя по пути над странностями последних событий, я вспомнил, что есть одна вещь, которую нельзя так просто обмануть – мой желудок. Я не хотел есть! Если бы сейчас и вправду было часов девять утра, когда я имею обыкновение завтракать, мне бы уже мечталось проглотить что-нибудь творожное или яичное, запив крепким кофе. А мне не мечталось. Я снова сверился с «тиссо»: без четверти два. Ночью я обычно сплю и не думаю о завтраке. Так неужели сейчас в Италии ночь? Или меня в полёте успели ещё и покормить через трубочку?..