– Какой?

– В решении указано, что выдача подобного разрешения не имеет прецедента в прошлом и никак не урегулировано законодательно, и чтобы его получить, необходимо личное распоряжение Главного Хранителя. А как ты понимаешь, доступа к нему у нас ни у кого нет. Нет возможности даже отправить запрос напрямую. Мы отправляли запрос Куратору-Хранителю элизия, но он ответил, что не видит необходимости и целесообразности в подобном нововведении.

– Понятно… Ты хочешь передать петицию к Главному Хранителю через меня?

– Да, Ан.

Ан задумался.

– Вряд ли у вас что-то получится. Но можно попробовать. Нужно только найти повод, почему вдруг я выступаю с подобным ходатайством. Вряд ли будет одобрен наш с тобой контакт.

– Ты не думал, что пора, в конце концов, навестить свою тётушку? Девять лет прошло, а ты ещё ни разу не видел своих родных, кроме как виртуально. А у неё может здоровье уже не то.

– Что? – подпрыгнул Ан, – тётя больна?

– Угу. Больна, тоской по своему нерадивому племяннику, который забыл про неё.

– Ну, ты даёшь, Роб. Напугал. И ничего я не забыл, но приехать все-таки надо. Ты прав. И своих навестить, и узнать как там вообще дела.

– Вот – вот, и я про тоже.

– Я приеду Роб, обязательно приеду, – Ан открыл календарь дел. – Когда ты говоришь у вас выборы? Через два месяца? – спросил он, просматривая его.

– Да.

– Так, так, так. Значит, как минимум за месяц у Главного Хранителя должна быть ваша петиция, а ещё лучше и раньше. Я приеду через неделю, Робин. Думаю, так мы все успеем.

– Спасибо, Ан, – серьёзно сказал Робин, – я знал, что на тебя можно рассчитывать, что ты поможешь.

– Да не за что, Роб. Ещё неизвестно, как к петиции отнесётся Главный Хранитель. Если честно, то на твоём месте я бы не рассчитывал на него, но попробовать, конечно, нужно.

Вопрос был решён, и они замолчали.

– Ладно, Ан, пора мне отключаться, чтобы у тебя не было неприятностей.

– Пока, Роб. Рад был тебя увидеть. Встретимся через неделю.

Робин задумчиво смотрел на него.