– Проходи, – улыбнулась она. – Не стесняйся.

Антоха смущённо опустился на койку рядом с ней. На столе была скатерть в цветочек. «Ну и ну!» – усмехнулся елдыринец. Настасья поставила перед ним биополимерный стакан с кофечаем. Сперва беседа не клеилась, но потом, когда начали обсуждать недавнюю сборку, Антоха оживился. Слово за слово – и вот уже они общались, как старые знакомые.

– А как ты оказалась в отряде? – спросил Антоха.

Настасья рассказала ему свою историю. Сама она была родом с планеты Лиза-Мейтнер. Её муж держал мастерскую по ремонту небольших аппаратов – капсул и телекоптеров. Увы, он погиб, оставив ей маленького сына. Сначала Настасья думала продать мастерскую, а потом решила: что, если попробовать изучить профессию мужа? В мастерской остался работать его напарник. Настасья пошла учиться на курсы механиков, где была единственной женщиной. Над ней часто подшучивали. Тем временем, напарник мужа попытался отобрать мастерскую. Настасья бросилась судиться с ним и выиграла.

– Ну, и что ты надеешься заработать? – сказал он ей на прощание. – Ты баба и всё равно не сможешь заниматься этим сама. У тебя мозги неподходящие. А твои работники будут обворовывать тебя на каждом шагу.

Сначала дела шли из рук вон плохо. Увидев, что мастер – женщина, многие клиенты разворачивались и уходили. Настасья наняла себе в помощь молодого парня. Тяжёлым трудом она зарабатывала себе хорошую репутацию.

– Я всегда рада помочь, – говорила она девушкам, которые доверяли ей свои телекоптеры. – Но и ты учись хоть немного понимать, как работают эти штуки.

– Я не смогу, – отвечала какая-нибудь трусиха. – Говорят, у девочек мозги неподходящие…

– Ещё как подходящие! Ты просто не ленись.

К тому времени, когда началось восстание Кермунда, сын Настасьи уже учился на инженера. Планета оказалась в руках повстанцев, и он проникся идеями просвещения. Молодой качкоид стал добровольцем и помогал издавать книги. Так продолжалось до тех пор, пока Лизу-Мейтнер вновь не захватили имперцы. Войска мятежников теперь отступали обратно к Ву-Цзяньсюн. Однажды вечером домой к Настасье пришли с обыском – и, разумеется, нашли запрещённую литературу. Не раздумывая, Настасья взяла всю вину на себя. За день до этого она узнала о том, что её будущая невестка беременна.

Несколько суток Настасья провела в следственном изоляторе. Потом была комиссия, которая назначила ей пребывание в лагере для инакомыслящих. Бараки на Лизе-Мейтнер были забиты до отказа, и новую партию заключённых решили везти на Виви-Уоррен, в соседнюю звёздную систему. По дороге на конвой напали партизаны и отбили пленников.