* * *
— Мне страшно, Рамаз!
— Что тебе страшно? — улыбнулся в пространство Коринтели.
— Вдруг ты меня не любишь.
Он повернулся к женщине и прижал ее к груди.
— Неужели я даю основания так думать?
— Нет, но я все равно боюсь!
— Выбрось из головы эти глупости!
— Я уже не могу жить без тебя! Если ты меня бросишь, я покончу с собой, так и знай! Не думай, что я пугаю тебя. Не пойми меня неправильно. Я просто хочу, чтобы ты знал, без тебя я и дня не вынесу.
— Что с тобой? Может быть, ты что-то узнала обо мне? — Положив руки на плечи женщины, Рамаз отстранил ее и заглянул в глаза.
— Когда я с тобой, я не боюсь. А ты уходишь, и… Уходишь, и я не нахожу себе места…
В ответ молодой человек рассмеялся:
— Брось глупить. Как мне еще доказать, что я люблю тебя?
«Сказать ему все? — не решалась Марина. — Почему не познакомит меня хотя бы с одним из своих друзей? Почему старается, чтобы никто не узнал о нашей любви? Так будет вечно? Вечно с такими предосторожностями будем таиться в моей квартире? Может быть, я ему нужна только пока записываю на магнитофон разговоры в директорском кабинете? Может быть, только поэтому он и сошелся со мной?»
Марина снова положила голову на грудь Рамаза.
«Почему мне кажется, что он не любит меня? Разве можно, не любя, так ласкать? Может быть, я ослеплена и не замечаю, что его любовь притворна, а слова — наглая ложь?»
Марина не понимала и не могла понять, как Рамаз Коринтели старается по-настоящему полюбить ее. Вернее, убедить самого себя, что любит Марину. Разве могла понять она, какую горькую чашу выпало испить Рамазу Коринтели? Как был бы счастлив он, если бы действительно полюбил ее!
И вот сейчас, целуя глаза молодой женщины, Рамаз мысленно был с Ингой. Он уткнулся лицом в грудь Марины, боясь, как бы та не заглянула ему в глаза и не догадалась, какой огонь бушует в его груди. Опасливо зажмурясь, он исступленно целовал Марину, надеясь избавиться от мыслей об Инге, но все было напрасно.
Рамаз понял, что Марина, к сожалению, не та женщина, которая позволит ему забыть Ингу.