— Как зовут твоего друга?

— Роман Гугава!

— Роман Гугава! — повторил Рамаз, словно стараясь навсегда запечатлеть в памяти это имя.

— Роман Гугава два года угробил на поиски этих марок. Познакомился и переговорил чуть ли не с полутысячей филателистов. В конце концов напал на след одного московского грузина, у которого оказалась одна из этих двадцати марок, «Трафальгар», посвященная Трафальгарской битве.

— Ты знаешь, какая битва произошла при Трафальгаре? — искренне удивился Рамаз.

— Я знаю, как называется марка, стоящая сто тысяч долларов. Марки теперь дороже любой картины, иконы и золота, а вывезти их за границу легче и безопаснее.

— Сто тысяч долларов! — повторил Коринтели. — Деньги — высшая форма демократии. Я как ученый боготворю демократию. Сколько человек входят в дело?

— Я, ты и Роман Гугава.

— Всем поровну?

— Гугаве на десять тысяч больше.

— Что от меня требуется?

— Перво-наперво переговорить с иностранцем.

— Гугава не разговаривал?

— Нет. Он не знает языка.

— Откуда же в таком случае знает, что требуется англичанину?

— Один человек сосватал его. К сожалению, сейчас тот малый в отсидке.

— Как мне найти англичанина?

— У Романа есть все его координаты. Позвонишь и договоришься.

— Делим поровну! — сменил Рамаз тему разговора.

— Почему?