– Он… он того не стоит, – сказала она. – Давай беги.

– Куда? Это бесполезно, – Диса покачала головой. – Отсюда нет выхода.

Мимо них пробежала женщина и перепрыгнула через Шрам с именем Всеотца на устах.

– Один!

Её руки и ноги дёргались, пока Ульфрун смотрела, как женщину поглощает темнота ущелья.

Дракон подполз ближе – кошмар из костей и крови под колдовскими огнями Севера. Теперь он был в десяти ярдах от них и всё приближался. Они чувствовали ядовитый запах, исходящий из его покрытых слизью челюстей. То был запах смерти.

– Убей меня, – прошептала Диса, протягивая Ульфрун рукоять своего ножа. – Давай! Я не хочу умереть в пасти этой твари.

– Никто не умрёт. Ты умеешь плавать? – спросила она Дису. Девушка кивнула. – Хорошо.

И, зашипев от агонии, Ульфрун Хаконардоттир – Ульфрун Железная Рука, которая была ярлом людей-медведей и людей-волков, – схватила Дису и прыгнула…

Но какой бы быстрой она ни была, Злостный Враг оказался быстрее. Он растоптал данов и гётов, расшвыряв их изодранные когтями тела. Голова брата Мартена отлетела с плеч, пока тот стоял перед тварью, держа кинжал за лезвие как распятие. Змей ударил хвостом точно хлыстом и поймал Ульфрун и Дису в прыжке. Диса почувствовала удар; она услышала резкий вдох, шипящее проклятие, когда острая, как бритва, чешуя змея и костяные шипы прорвали кольчугу Ульфрун и обнажили мышцы её спины.

Пока они летели, Ульфрун отпустила девушку. Последнее, что услышала Диса Дагрунсдоттир перед тем, как упасть в воду и потерять сознание, был голос Ульфрун и тихий шепот её имени…

– Диса, – голос прорезал тьму. Это был старый голос, мужской голос, низкий и грубый от прожитых лет; это был знакомый голос. – Диса Дагрунсдоттир.

Диса открыла один глаз. Мир покачнулся, цвета нахлынули на неё. Она снова зажмурилась и прокашлялась озёрной водой.

– Да, девочка. Вставай.

– С-старый Хюгге?

Диса услышала смех древнего гёта.

– Да, дитя.

Она открыла глаза. Близился рассвет, затянутое дымом небо на востоке светлело. В сгущающихся сумерках она почувствовала, что находится на дне лодки. Кто-то снял с неё кольчугу; она лежала под изодранным плащом, её гамбезон все ещё был мокрым. Звякнули амулеты, когда девушка откинула волосы с глаз. Старый Хюгге управлял лодкой, а другие матросы гребли вёслами.

Женские руки. Жён и матерей, сестёр и дочерей, которых она отправила в дом Гримнира. Все они украдкой смотрели на неё покрасневшими глазами, удивляясь, почему она выжила, а их мужья, братья, сёстры и матери – нет; Диса чувствовала жгучие вопросы в их прищуренных взглядах, но покачала головой.