Я села за дальний столик, а Деметрий напротив меня.

– Рассчитываешь на неё? – кивнул в ее сторону слуга Вольтури.

– Хочу её… – довольно двусмысленно прозвучала моя фраза.

– А она ничего… – внимательно окинув ее взглядом, заметил он.

– Да уж, аппетитная, – согласилась я.

– Я имел ввиду, как девушка, – осекся он.

– А я имела ввиду, как еда, – отрезала я.

Мы просидели здесь около часа. После седьмой рюмки текиллы, последовавшей за четырьмя мартини, она расплатилась с барменом и вышла на улицу. Дело шло к полуночи.

– Ты со мной? – предложила я Деметрию.

– Раз Аро приказал…

Он шел далеко позади, пока я выслеживала свою добычу. Я впилась взглядом в ее спину, волосы, ботинки, руки… Я уже предвкушала этот сладкий момент, когда клыки пронзают человеческую плоть.

Периодически, она оглядывалась назад, видимо, почувствовав угрозу, но я со скоростью молнии скрывалась среди толпы. Запах ее тела, ее крови позволял мне снова отыскать ее среди тысячи людей. Я снова шла в нескольких шагах от нее.

Как мы выбираем жертву? Никак. Мы определяем вкус по аромату, источаемому плотью. Ничего больше. И, конечно же, огромную роль играет жажда. Она руководит нами в момент охоты. Мы становимся быстры, впрочем, как и всегда, особенно коварны и безжалостны.

Девушка свернула в темный переулок, освещаемый только парой тусклых фонарей. Я немного отстала, чтобы не спугнуть её. Проем между домами, через который она пошла, решил ее судьбу. Я настигла ее, обхватила тонкими ледяными пальцами ее шею, сорвала наушники, приподняла над асфальтом и остановилась на несколько секунд, чтобы запечатлеть в ее глазах образ кровавого убийцы. Откинув капюшон, я дала ей возможность хорошенько меня разглядеть. В темноте ярко-алым пламенем блеснули мои глаза. Ее лицо исказилось в ужасе. Она дрожала под моей стальной хваткой.

– Боишься? – равнодушно спросила я, заставляя ее пристально смотреть мне прямо на радужку.

– Кто…Вы? – прохрипела она, почувствовав, что я немного ослабила пальцы, давая ей возможность произнести слова.

– Последнее существо, которое ты видишь на этой земле… Ложь должна наказываться! – пояснила я и, сильнее прижав ее к стене, вцепилась клыками в ее сонную артерию.

Из-под моих зубов потекла ее кровь по тонкой шее, укутанной фиолетовым шарфом. Она застонала от боли, становясь жутко-бледной.

Сладкий теплый немного металлический вкус разлился по моему горлу. Я утоляла жажду. Лёгкая горечь недавней лжи моей жертвы омрачала общее ощущение от этого долгожданного момента, но наслаждение я получала сполна.

Ее конвульсии зажигали во мне ещё большее желание высушить ее до предела, словно кубок дорого вина.