Я желала этого мужчину всем своим сознанием и подсознанием. Казалось, будто теперь вся вселенная вращалась лишь вокруг него, а земля уходила из-под ног.

Мимо меня плыли свечи, что сегодня зажгли ликаны в этой хижине, шкура, впивавшаяся в мою холодную кожу, стены избушки, окно, спрятанное под зимним узором… Все становилось таким безразличным, и только он оживлял мою способность к чувствам.

Он схватил меня за руку и тут же резко отдернул пальцы, зарычав от боли.

– Что?! – испугалась я, приподнявшись над полом и заглянув в его глаза.

– Сними обручальное кольцо, – взмолился он. – Оно обжигает меня серебром.

Я быстрым движением сорвала его и бросила на пол.

– И герб Вольтури, – указывая на кулон, попросил он.

Я выполнила и это замечание.

– Теперь ты окончательно моя! – произнес он с хрипотцой в голосе, награждая меня за послушание очередными стонами, вырвавшимися из моей груди.

Его тело делало меня безумной: мощный торс, напряженные мышцы живота, хищный взгляд, борода и волосы… Я становилась такой беспомощной, что иногда мне казалось, будто я возвращалась в ту свою сущность, которой обладала до обращения в вампира.

– Прекрати! – приказал он.

– Что именно? – удивилась я.

– Думать о том, что ты поступаешь дурно!

Я на секунду замерла, а потом крепче прижалась к его плоти, пропуская через себя очередную волну жара, охватившего наши тела.

Мне хотелось большего. Я желала раствориться в каждой его клеточке, чтобы познать сущность его плоти, но приходилось довольствоваться лишь тем, что я, прикасаясь к нему, царапала его кожу до крови, а после сама же покрывала раны поцелуями, сдерживая жажду, заставлявшую думать о том, как я бы осушила ликана до последней капли.

– Убей меня! – прошептала я, извиваясь под его тяжестью.

Он лишь оскалил клыки и поцеловал меня, выйдя из моей внутренней зоны комфорта.

– Я тебя люблю, – прошептал он, прикусив мочку моего уха.

Он лег рядом на шкуру, переплетя свои пальцы с моими и гладя мои волосы, разбросанные по полу.

– Ликаны способны любить? – улыбнулась я ему.