Неожиданные громкие аплодисменты заставили всех гостей фестиваля отвлечься от развлечений. Баронесса посмотрела наверх. Небо озарилось яркими вспышками. Салютные залпы долетали до вершины купола и рассеивались по небосводу синими и фиолетовыми искрами. Ощутив чье-то присутствие, демонесса опустила голову и посмотрела налево. Рядом стояла призрачная напарница, почти соприкасаясь с ней плечом. Как обычно, Хелин молчала. Неамара решила поделиться с ней своими впечатлениями о салюте. Хелин вообще была идеальной собеседницей для того, чтобы выговориться, и для любого мирного разговора по душам.

– Единственный союз, образованный когда-то давно между Блудом и Алчностью, который принес хороший результат, это созданное ими волшебство – салют. Соединение пиротехники и магии. Невероятное зрелище!

– Все-таки бывает чудо и в нашем темном мире, – поддержала ее Хелин, чьи глаза все это время были устремлены в небо.

Новый залп, который образовал под куполом спирали, заставил их утихнуть. Светло-голубые пружины словно ожили. Спирали превращались в змей, их рты открывались, а раздвоенные языки, выглядывающие из пастей, реалистично шипели. Эта ракета, по всей видимости, была выпущена в честь представителей Зависти. Традиционно «Бел Префельс» завершался салютом, который отображал в небе символы всех государств-участников, вне зависимости от политических дрязг. Единственный в истории дружественный жест, обращенный ко всем мировым общностям.

– Красивое платье, – вдруг послышался умиротворяющий полушепот, и, не дожидаясь ответа, Хелин следом произнесла: – Я была в академии.

– И как все прошло? Как учитель? – взволнованно спросила баронесса.

– Я не успела, – в голосе Хелин едва улавливалась печаль. – Он умер два дня назад.

– Мне очень жаль… – У Неамары больше не нашлось слов, чтобы поддержать ее. Вместо этого демонесса задала вопрос: – Он умер от искупления?

– Да, – с трудом проговорила девушка.

В ее мутных глазах отражались разноцветные огни. Казалось, что они увлажнились.

– И кто сейчас управляет академией?

– Сейчас учителя временно замещает Парахсет, но он не годится на эту роль. Он говорит, что, вероятнее всего, академию прикроют. Когда Хайдар слег, все пошло прахом.

– Печальные новости. Может, тебе стоит туда вернуться?

– Мне там делать нечего, – ответила Хелин.

– Как раз таки есть что делать, – настаивала баронесса. – Твои мысли о нереализованных талантах, пустом прожигании жизни, которые, на мой взгляд, безусловно ошибочны, наконец заменят другие.

Хелин ничего не ответила на убеждения предводительницы вернуться к истокам. Ведь, по мнению заклинательницы, истоки были брошены, последствия непоправимы, а возможности сгладить разрыв давно упущены.