Семерка взяла письмо, которое прошло экспертизу, и вышла из коалиционного дворца. Перед тем как покинуть остающуюся на фестивале часть отряда, пара приглашенных на бал грехов договорилась с соратниками о месте встречи.

– Мост «Доврэ Саэп», – повторила баронесса и, взглянув на некоторые растерянные лица, объяснила так, чтобы никто не ошибся: – Мост, через который мы переходим, чтобы добраться до дворца. С фонарями в виде раскрытых цветков.

Бойцы, которые плохо запоминали эльфийские названия, наконец все поняли. Америус и Неамара поспешили на бал.

* * *

Припозднившиеся гости появились в самый разгар торжественного вечера. Главное развлечение участников бала уже закончилось, а на самом деле даже не началось: все слухи были давно известны и обсуждены, как и действующие лица празднества.

Но когда уже казалось, что все так печально и завершится, явилось чудесное спасение, куда более эффектное, чем плоские шуточки клоунов, приглашенных развлекать элиту «Бел Префельса», и белое вино «Карне ди Блю», традиционно предлагающееся влиятельным персонам. Все уставились на вошедших в зал новых гостей. Шепот заполнил залы дворца: вечно одинокий придворный маг, а ныне сам советник Темного Владыки, явился на бал со своей пассией.

– Готова стать главным номером этого представления? – тихо спросил Америус.

– Мне не привыкать, – улыбнулась Неамара.

Пара неспешно дошла до центра зала. Участники бала вернулись к тому, чем занимались до прихода грехов. По крайней мере, сделали вид, что вернулись. Отведенная для проведения торжеств часть дворца была огромной. Две магические люстры блестели каменьями разных цветов: желтыми, красными, зелеными и синими. Все эти драгоценности добывались в разных частях Темных владений, и затраты на создание интерьерных светильников были неимоверны. В люстры было вложено столько золотых, сколько хватило бы на то, чтобы помочь всем нуждающимся грехам. Что уж говорить о других элементах бального зала. Пол был застелен лаковой паркетной доской, настолько гладкой, что в ней отражались все переливы люстровых камней. Дерево для него было привезено из земель Зависти. Рыжие с пятнами разводы на дощатом полу свидетельствовали о том, что дерево относилось к подвиду, считающемуся священным у горгонских племен. Каким образом добывали запрещенный для вырубки лес, неизвестно. Вероятно, гладкий, идеальный для танцев пол был выложен по трупам нескольких малочисленных племен.

Шесть высоких окон с двух сторон зала были сплавлены из разноцветных стекол. Витражные композиции не отличались оригинальностью.