Авдей жмёт нам руки, и уезжает.

— Ну что, Юрий, как говорится, раньше сядешь, раньше выйдешь! Сейчас покажем тебе тайник.

Заднее сиденье поднимается, под ним крохотное пространство.

— Значит так, Юрий: ложишься на спину, ноги сгибаешь, и суёшь вон в ту нишу. Посты мы проедем минут через сорок, максимум через час. А за постом ГАИ просматриваемая зона ещё на несколько километров, не остановишься. Сейчас мы тебя прикроем, обязательно отлей. В тесноте, в неудобном положении мочевой пузырь ой как давит.

Забираюсь в тайник, сиденье становится на место, и машина трогается. Чертовски неудобное место! Сквозь войлочную подушку чувствуется какой-то болт, и он колотит меня в затылок. Перемещаю голову — болт перемещается следом, и выискивает место побольнее. Потом заболели коленные суставы. Следом — заскрипели и заскулили тазовые кости. А машина едет и едет! Одно хорошо: каким-то чудом в тайнике устроен хороший воздухообмен, иначе я бы точно отдал концы.

Но всё кончается. Вот мы остановились, послышались невнятные голоса, захлопали двери, открылся и закрылся багажник. Двери захлопнулись, и машина снова поехала. Вечность спустя остановились, и сиденье поднялось.

— Ну как, страдалец? Ты уж извини, Юра, раньше было не остановиться: за нами тащился какой-то подозрительный тип.

Пытаюсь вылезти, но не получается: при попытке распрямить ноги страшная судорога скручивает оба бедра. Парни, видя такое дело, в четыре руки выдёргивают меня из машины, как морковку из грядки. Николай выхватывает из нагрудного кармана шприц-тюбик, и, прямо сквозь одежду, вкалывает мне в задницу. Спустя минуту спазм проходит, боль становится терпимой.

— Что это, промедол? — спрашиваю я, вытирая слёзы.

— Нет, штучка похитрее, тебе знать необязательно. Боль прошла?

— Да. Спасибо, ребята. Помогите сесть в машину, надо ехать.

— Это точно. Не стоит привлекать внимания. Ну да ладно. Теперь простая дорога, часов восемь-девять, и мы на месте.

Москва 08.40 17.07.1972

Москва 08.40 17.07.1972

Сергей Иванович сегодня в генеральском мундире, на погонах три звезды — генерал-полковник. На груди двенадцать орденских планок, из которых я узнаю только ордена Ленина и Красного Знамени.

— Здравствуй, Юрий, очень рад тебя видеть живым и здоровым.

— Здравствуйте, Сергей Иванович! А уж я-то как рад таковому обстоятельству!

— Твой удачный побег от вражеской группы захвата всколыхнул такие пучины, что просто дух захватило.

— Разве это были не офицеры КГБ?

— Именно офицеры, и именно КГБ. Другой вопрос, кто их послал. Тебя должны были доставить в США.