— А…

— Глаза боятся, руки делают. Вы же советские офицеры, вам подвластно всё! Сейчас я покажу вам основную тему, а потом дам каждому его тему, чтобы разучил.

— Когда будем выступать? — собрался Лёва.

— Вы что, в армии не служили, товарищи? — удивляюсь я — Горячку пороть не станем, всё должно быть готово к утру.

К обеду следующего дня ребята на костылях, а я как фон-барон в кресле-каталке, отправились к Дину, на следующий этаж. Гитары за нами несли медсестрички. Следом шли два кинооператора, откуда-то вызванные Катей. Что интересно, операторы русские. Никак у девочки появились связи в политотделе? Надо спросить. По мере продвижения и так немалая толпа увеличилась чуть ли не в десять раз. У дверей нас встретили два суровых на вид врача.

— Петь пришли? — строго спросил тот что помладше.

— Если можно. — отвечаю я — Вчера нам не запретили.

— Пусть поют. — солидно решил тот, что постарше — Пациент артист, ему такие представления полезны. Публика и всё такое. Но смотрите, недолго, не более получаса. Если Дин не устанет, разрешим подольше.

Двойные двери палаты распахнули во всю ширь. Мы, исполнители, расселись на принесённых нам стульях а зрители кто где, в основном, стоя в коридоре. Дина приподняли чуть повыше, чтобы ему лучше было видно и слышно. Ну и ударили по струнам. Я пел, меня поддерживал Дима, топограф, него оказался недурной баритон. Остальные только играли. Впрочем, получилось довольно мило.

Спели «Гуантанамера», потом «Группу крови», потом полюбившуюся Дину «Эх, дороги!» и другие хорошие песни, а кое-кто из пациентов-зрителей тихонько подпевал. Получился почти полноценный концерт длиной около часа, после чего врачи разогнали всех по палатам.

— Спасибо брат. — сказал мне Дин — Хорошо получилось, почти как спивания вечерами у вашего дома. Вот немного поправлюсь, и спою вместе с вами.

* * *

Ирина Сергеевна с Диной приехали ближе к вечеру. Ирина бросив всё побежала к Дину, а Дина осталась со мной.

— Ну как тебе первые зарубежные гастроли? — улыбаюсь я.

Дина весело улыбается в ответ:

— Как оказалось, ничего особенного. Знаешь, у меня сейчас куча приглашений как к исполнителю так и как к автору, но… Это всё детские игрушки. Я не понимала тебя, когда ты бросил ВИА и занялся учёбой, а вот теперь понимаю: человек должен заниматься серьёзным делом, а спеть можно и вечером на завалинке.

— Да, Дин недавно поминал наши спивания.

— Он умный мужик, за это его люди и уважают.

— Давно хотел тебя спросить: какие планы на будущее?

— Ближайшие? Свадьба.