Корр: Расскажите, пожалуйста, Екатерина Гильбертовна.

Е.Г.: На первых порах мы с трудом нашли страны, которые согласились предпринять хоть какие-то действия. От Европы в Комиссию вошли только Франция, Португалия и Испания. От Африки главными оказались Египет и Ливия, остальные страны вокруг Сахары просто присоединились, но по своей нищете финансировать проект не могли. Страны Азии от Израиля до Пакистана поддержали проект как морально, так и звонкой монетой. Единственной страной, попытавшейся противиться оказалась Саудовская Аравия, но быстро одумалась, поскольку у её короля случился очень своевременный инфаркт, и на трон взошел очередной престарелый принц, который вдруг воспылал необыкновенной симпатией к самой идее изменения климата. Советский Союз принял участие в Комиссии предоставив свой Памирский космодром для запуска космических элементов системы, и учебные заведения, где начали обучать технических специалистов Комиссии.

Корр: Проводились ли эксперименты?

Е.Г.: разумеется, проводились. Сначала была проверена работоспособность отдельных элементов системы, затем проверено взаимодействие более крупных частей… Но для начала, в порядке проверки работоспособности, система космического управления климатом была применена на Марсе. Вокруг Марса были развешены зеркала, отражающие солнечный свет на планету. По специальной программе зеркала то усиливали яркость, то уменьшали, а то и вовсе отключались. Это сотрудники Службы Климата учились создавать циклоны и антициклоны, направлять гигантские атмосферные вихри в нужную сторону, и проливать дожди в нужном месте и с нужной интенсивностью. Марс обзавелся очень приятным климатом, похожим на позднюю весну и начало лета Черноземья. Здесь уместно вспомнить имя бессменной руководительницы марсианской программы Дины Акбаровны Нурпеисовой. Все космические корабли, весь инструментарий космической группировки, задействованные в этом проекте были разработаны и построены по заказу и под непосредственным контролем Дины Акбаровны. Но самое главное её достижение — практическое создание архитектуры, идеологии и практики инструментального воздействия на планетарную погоду.

Корр: Я помню тот год, когда заработала система изменения климата. Это было великолепно!

Е.Г.: Да, в августе тысяча девятьсот девяносто первого года система управления погодой Африки и Евразии вступила в действие. На геостационарной орбите над Африкой и Юго-западом Евразии были размещены гигантские полотнища, одни из которых отбрасывали тень на Сахару, Сахель, Судан и Аравийский полуостров, а другие начали подогревать поверхность Канарского, Сомалийского и десятка других, уже мелких холодных течений.