Вот так я и шёл, ощущая испанский стыд за этих ребят, что так и не пригнали вертолёты, не включили прожекторы и не натравили на меня собак. Мой дурацкий план проникновения заслуживал именно такого исхода.

– “А пустовата ферма. Максимум четверть клеток забита Магзверьми.”

– “Война с Шотриндией. Думаю, на других фермах ситуация не лучше. Все те повозки, что с самого утра покидают ферму – наверняка охотники направляются за новым пополнением в лес Шурника. Так что Сильнейшие бойцы ферм сейчас на охоте. Тебе повезло.”

Значит, не всё так плохо у них с безопасностью, просто момент проникновения удачный.

Вскоре клетки закончились и их место заняли домики. Длинные, вытянутые, напоминают казармы. Вот где содержатся похищенные или воспитываемые с рождения зверолюды. Роскошностью их жилища не отличаются, но и скверными такие условия проживания не назовёшь.

Были здесь и сами зверолюды. Они… работали. Что-то носили, стучали, пилили. Надсмотрщиков или охранников почти не было видно. Лишь несколько сидели вдалеке и были больше заняты болтовнёй между собой, чем присмотром и контролем за рабами. И зверолюды не выглядели зашуганными или измождёнными. Мне кажется, им просто нравится что-то делать, не могут они сидеть на месте, как и большинство детей. Увлекаются всем, что им не предложишь.

Думаю, они бы и о Магзверях сами заботились, если бы так сильно их не боялись.

На этом участке пути я начал чувствовать тревогу – чем дальше продвигаюсь, тем меньше вокруг Разумных, отчего я начинаю сильнее выделяться. Зверолюдов тоже становилось меньше, похоже их сгоняли ближе к внешнему кругу своей территории, чтобы в центре они не мешались и не терялись.

Домики рабов сменились домами работников. На фермах работают вахтовым методом, точных графиков не знаю, но сотрудникам приходится буквально жить здесь, пока их не сменят. Дома работников были немногим лучше домиков рабов, за которыми те присматривали.

Никаких криков или стонов боли. Только шум работы, с нотками жизнерадостного веселья.

Тошнит прямо.

Вскоре я остался один. Вокруг уже не было ни зверолюдов, ни работников фермы. Я приближался к своей цели, но с каждым шагом риск провала возрастал. Если сейчас кто-нибудь выйдет мне навстречу, конфликта не избежать, но я упрямо продолжал идти вперёд. Перед глазами высился особняк Гроникула, чем ближе я к нему подходил, тем отчётливее понимал, что это точная копия его столичного особняка. Во Владыке явно нет помпезности и стремления к красивой жизни. Мне кажется, что не будь он аристократом, которому по чину положен особняк, он бы жил в обычном доме, как и работники его ферм.