– Но ведь получилось то, чего мы желали. И разве кисть в твоих руках, как инструмент, обижается на мастера? Она тоже посредник между тобой и холстом, – сказала Берта, мягко поведя плечами. – Кстати, вижу ты такой, каким изображала тебя Алетта. Это здорово.

– Вообще-то, когда мы виделись я был самим собой. Хотя кто меня знает, – я снова уловил старую неспокойную мысль о наличии погружения у Берты, и не стал молчать. – А что ты помнишь? Глобально…

– Что помню? Ничего такого. Тоже что и все. Глобальное, это что по-твоему?

– Да так, интересно, – я успокоился и сменил тему. – Пожалуй, ты права. Быть инструментом, только хорошим, это большая честь. Если подумать, и наш директор тоже инструмент. Представляю, какое у него сейчас состояние. Но мы рано радуемся. Ничего не решено, и думаю, нам надо держаться вместе. Да еще Антона Семеновича выручать придется. Алетта может от всего и не защитить.

– Я доверяю тебе, – Берта поправила мою перекошенную толстовку, а меня аж током до пят пробило. – Вдвоем мы со всем справимся, – она прищурилась. – Что-то не так?

Меня снова выбило из контекста. Наедине со своим эго я успел подумать о новой, совершенно непонятной заботе, точнее игре в отношения. Хотя игрой я назвал бы это раньше. Сейчас мне виделся грандиозный урок, который предстоит выучить с девушкой, уже говорящей «Мы». Кто бы знал, что она возьмет, и однажды появится. Оказывается, мне удобнее было воспринимать ее на расстоянии, и жить как хочется, а теперь жизнь изменится. Я не хотел показывать слабость, а может тупость, если быть честным. Однако нужные слова сами пришли на ум.

– Бояться нечего. Все-таки мы в школе, а здесь любые нагрузки, даже не официальные, нам по силам. Так уж все устроено.

– Что будет дальше?

– Это нам решать. Искин сказала, якобы все в наших руках. Правда не уточнила, что именно делать. Кажется, она тоже любит маленькую незавершенность в своем творчестве, – я замолчал, но продолжал разглядывать Берту, проверяя ее на предмет реальности, а то современная наука еще не такие иллюзий создает.

Когда девушка взяла меня за руку и потащила в школу, на поиски скульптора, последние сомнения рассеялись, а внутри я наконец ощутил уверенность, и даже инициативу перехватил; папа бы гордился. В голове пока еще не укладывалось, что столь прекрасная девушка, видимо подобранная Алеттой согласно моему идеалу, может находиться в рядом, но реальность играла с опережением. Мне предстояло познать нечто новое, наверное, хорошее. Идя к главному входу, я отлично понимал, что сбежать домой, как было раньше, уже не получится, но мы оба разумны и мыслим в одном направлении. Поэтому вовсе нет причин бояться и бежать. Окончательно успокоившись, я взошел по ступеням вместе с Бертой, и оглянулся на главную площадь.